Резня в Алисос-Крик стала последним ударом для чихенне. Из 78 погибших индейцев почти все принадлежали к общине чихенне. 33 женщины и девушки, в том числе пятнадцатилетняя красавица, дочь Локо, были захвачены в плен и проданы в рабство. Из 180 чихенне, угнанных из Сан-Карлоса, выжило около 40 человек. Их собрал Джеронимо и отвел в горную крепость Ху. Не особенно обрадованные встречей с неднхай – Бетзинез называл людей Ху «преступниками, которые, не найдя подходящей жертвы, вцеплялись в горло друг другу», чихенне приготовились к долгому заточению. В глазах американского правительства они теперь тоже были преступниками[513].
Генералу Уиллкоксу было не до чирикауа в Мексике, ему хватало проблем поближе к дому. После Сибикью-Крик 53 не желавших сдаваться воина и 7 сбежавших разведчиков объединились под предводительством младшего вождя сибикью Натиотиша (На-ти-отиш). Почти год они скрывались в глубинах резервации Уайт-Маунтин, представляя собой, как сообщал Уиллкокс военному ведомству, «непреходящую угрозу… и рассадник преступности». Он запросил разрешения назначить щедрую награду за их поимку живыми или мертвыми и получил отказ (а заодно напоминание, что войскам запрещены боевые действия в резервации). У Уиллкокса были связаны руки.
Развязал их, сам того не подозревая, Натиотиш. 6 июля 1882 г. он устроил засаду на патруль индейской полиции Агентства Сан-Карлос, а затем устремился в долину Тонто, на шаг опережая преследующих его солдат, угоняя по дороге скот и убивая поселенцев. 17 июля Натиотиш вызвал военных на открытый бой на хребте Могольон. Думая, что ему противостоит одна кавалерийская рота, Натиотиш поставил своих воинов в засаду вдоль кромки глубокого узкого каньона Биг-Драй-Уош. На самом деле к его позициям стекались пять рот – больше 150 человек. В последовавшей схватке погиб сам Натиотиш и 27 апачей. Остальные вернулись в резервацию и там растворились. Уиллкокс одержал решающую победу, но было уже поздно. Сибикью-Крик и набег Джеронимо на Сан-Карлос обернулись для него утратой доверия Шермана и гневом аризонцев. Беспорядки, устраиваемые апачами, мешали бизнесу, отпугивали крупных горнодобытчиков и богатых скотоводов, поэтому аризонская пресса немало способствовала снятию генерала с поста. В августе Уиллкокс отбыл в Нью-Йорк, где прозябал все четыре года до выхода в отставку.
На смену ему Шерман вызвал того, кто, как никто более, был способен навести порядок в Аризоне, – Джорджа Крука[514].
4 сентября 1882 г. генерал Крук принимал командование Департаментом Аризона со смешанными чувствами. Тридцать один год полевой службы ощутимо сказался на нем. Крук устал как собака и предпочел бы кабинетную должность. Однако новое назначение льстило его самолюбию. Текущий ход событий подтверждал его часто повторяемое и не менее часто игнорируемое пророчество, что договор между Ховардом и Кочисом только отсрочит окончательное сведение счетов армии с чирикауа. И то, что правительство увидело в нем единственного человека, способного усмирить Джеронимо, Крука невероятно радовало[515].