«О высочайшем наследственном повелительстве»
«О высочайшем наследственном повелительстве»
Елизавете Петровне требовалась новая концепция престолонаследия, которая и была обоснована манифестом от 7 ноября 1742 года «о назначении Петра, Владетельного Герцога Шлезвиг-Голштинского, наследником престола Российского Государства» со ссылкой на ее собственные манифесты о вступлении на престол [ПСЗРИ 1830, XI: 712–713 (№ 8658)]. Этим актом, впервые после 1718 года, Елизавета назначала наследника при жизни монарха, «яко по крови Нам ближайшаго». В империи появился наследник, которого поминали на ектиниях во всех храмах, и все подданные точно знали, кто вступит на престол после царствующей императрицы. Несомненно, шаг Елизаветы был продиктован стремлением к стабилизации собственного положения на престоле. Новая императрица была абсолютно уверена в той концепции происхождения своей власти, которая была изложена в манифестах 1741 года [ПСЗРИ 1830, XI: 537–538 (№ 8473); 542–544 (№ 8476)][478], – она вступала на престол по воле бога и народа, на основании законного права наследования, отнятого у нее благодаря коварству придворных. Восходящая в какой-то степени к «Правде воли монаршей» (omnis potestas а deo per populum), эта концепция явления божьей воли через народное прошение обособляет теперь еще и законное «право крови».
Императрица Елизавета не стала обосновывать свое право на престол в специально изданном «рассуждении», а право наследования «по крови» доказывали в основном придворные проповедники в широко публиковавшихся в начале ее царствования «словах» [Попов 1859; Погосян 2005; Кислова 2014; Kislova 2014]. Однако сочинение, претендовавшее на трактатное осмысление права наследования, вскоре появилось и было преподнесено великому князю Петру Федоровичу, не будучи никогда опубликовано. Эта небольшая рукописная книга, подаренная А. Ф. Малиновским Московскому архиву Коллегии иностранных дел в 1814 году, оставалась неизвестной исследователям. Ее заголовок был составлен в начале XIX века по тексту предисловия: «Краткий специмен о высочайшем наследственном повелителстве, дедикованный великому князю Петру Федоровичу всероссийского престола наследнику на четыре части разделенный, с приложением увета к всероссийскому верному подданству»[479]. Этот анонимный текст написан не ранее августа 1745-го и не позже сентября 1754 года[480], поскольку в нем упомянуты великий князь Петр Федорович и его супруга Екатерина Алексеевна, но нет упоминаний их сына Павла Петровича, зато есть пожелания супружеской чете продолжения рода[481]. Скорее всего, этот трактат можно датировать концом 1740‐х годов[482].