* * *

Скала Ифигения возвышается над морем в самой южной точке Крыма, ровно посередине между Форосом и Симеизом. По легенде здесь находился древнегреческий храм, в котором служила Ифигения — дочь героя Троянской войны Агамемнона и его жены Клитемнестры, героиня трагедии Еврипида «Ифигения в Тавриде», написанной за пять веков до Рождества Христова. В этом месте, у Ифигении, находится эпицентр крымских субтропиков, ограждаемых от северных степей мощной грядой Крымских гор. Мы с Катей любим отдыхать здесь, и вот опять сняли комнатку высоко-высоко над берегом в местной деревушке, когда-то принадлежавшей крымским татарам. Скала Ифигения отвесно спускается к морю, не оставляя места для берегового пляжа, но слева от скалы, если смотреть в сторону моря, есть доступный туристам довольно крутой спуск к воде и небольшой пляж, где среди валунов толпятся немногие «дикие» отдыхающие. Дикие в том смысле, что не приписаны ни к какому санаторию или дому отдыха, а приехали сюда на свой страх и риск. Справа от скалы спуск к морю затруднителен, и там редко кто бывает, хотя пляж справа лучше и больше, чем слева. Мы, конечно, предпочитаем пустынный пляж справа от Ифигении — там безлюдно, мягкий белый песочек, а еще — пара уединенных, тихих и прохладных пещер со спуском прямо к воде. Чтобы попасть на наш пляж, нужно обогнуть Ифигению по морю, не боясь проплыть мимо отвесных скал, о которые в любую погоду тревожно бьются морские волны, — это мало кому доступно из местных отдыхающих, а нам с Катей вполне…

Мы плывем вдоль Ифигении с ластами на ногах, отдыхаем пару раз, лежа на спине, снова плывем неспешно. Я пытаюсь обнять в воде и прижать к себе ее обнаженное тело, она отталкивает меня шутейно: «Подожди, не торопись, не то утонем вместе…» Катя плавает лучше меня, первой достигает пустынного берега, быстро сбрасывает ласты, шапочку и… купальник, раскидывает волосы по плечам и смотрит, как я, запыхавшись, выползаю из воды. Я сажусь отдышаться на песок и любуюсь ею под лучами солнца… Оно пытается сгладить контраст соблазнительных белых-белых полосок, скрывавшихся под купальником, на фоне загорелого тела, но я не позволяю ему сделать это, снимаю ласты, поднимаюсь и иду к ней. Она убегает от меня в тень пещеры прямо по воде, оставляя за собой фонтанчик брызг и сверкая пятнами белизны, — это у нас такая любовная игра… В пещере темновато, и после яркого солнечного света я почти ничего не вижу и не могу найти Катю. Окликаю ее негромко и весело в предвкушении соленых и прохладных от морской воды объятий… Катя не отвечает… Тогда зову ее громко и даже тревожно, ощупываю стены пещеры, пытаясь найти, где она спряталась. Кати нет… Ужас безысходности охватывает меня, я истошно кричу, пытаясь криком заглушить этот ужас. Чувствую, как трудно выдавливать крик, похожий на стон, размахиваю руками и бьюсь головой об острые углы пещеры, но внезапно Катя твердо берет меня за руку… и я просыпаюсь…