–
Я ее ненавидел.
– Тебе нравится выставлять меня глупцом? Я, наверное, и есть глупец.
– «Я, наверное, и есть глупец», – передразнила она. – Два раза подряд в яблочко, Князь. Теперь моя очередь – и я не уверена, что тебе это понравится.
– С чаем или без, – прервал ее я, пытаясь прикрыться шуткой, пусть и нелепой.
– Чай мы давно проехали. Вот что я скажу – и живи с этим, как знаешь.
– Стреляй. – Нотка выдыхающейся иронии в голосе, хотя я и приготовился к худшему.
– На самом деле оно вот как. И я не единственная так считаю. Гадалка то же сказала. Ты мне небезразличен. Называй это как хочешь – хоть даже любовью, если тебе нравится. А ты всего лишь пытаешься очистить свой организм от моего присутствия, и, если ради этого требуется обозвать все это любовью, ты и обзовешь. Я же хочу ввести тебя в свой организм, не наоборот. Я знаю, чего от тебя хочу, и знаю, что за это должна тебе дать. У тебя нет ни малейшего представления, чего ты хочешь, тем более – что ты готов предложить взамен. Ты до таких вещей даже не додумался, потому что мысли твои заняты другим – твоим эго, да, и, наверное, еще и твоим телом, а касательно остального тебя – ты без понятия. Все, что я до сих пор от тебя видела, – это обиженная извиняющаяся щенячья физиономия и один и тот же незаданный вопрос во взгляде всякий раз, когда в разговоре повисает пауза. Тебе кажется, что это любовь. Так вот нет. А у меня – настоящее, и оно никуда не денется. Вот что я имела сказать. Можно идти?
Она меня убедила – я ей почти что поверил. Она меня любит, я ее нет. Она знает, чего хочет, а я без понятия. Совершенно логично.
– Останься, пожалуйста. Не уходи прямо сейчас.
– Не могу. Меня ждут в другом месте.
– В другом месте? Знакомый знакомого, ради которого нужно
– Нет, другой знакомый.
– И он тебе тоже небезразличен.
Она бросила на меня испепеляющий взгляд.
– Войны хочешь, да?
– Вовсе не хочу.
– Чего же тогда хочешь?