Д) Перверсия

Д) Перверсия

Перверсия представляет собой крайний тип измененных состояний субъективности, граничащей, с одной стороны, с частной психопатологией (клинический аспект), с другой стороны, с криминалистикой (юридический аспект). Феноменология перверсии в Общей психопатологии чрезвычайно сложная и подвижна. Феномены, общие для всех версий субъективности, характерны и для перверсии, но только условно. Эту условность вносит нормативность социогении. Субъективность перверсии, охватывает все ценностно-смысловое поле действительности, без четких границ переходит в квазиреальность. Так, религиозно-экстатические, эротические и наркоманические «сюрреальности», девиантные и делинкветные состояния, все есть феномены перверсии. Говоря о феноменологии перверсного сознания в Общей психопатологи, на первом плане мы видим эротические «механизмы» Логоса. При этом, понятие субъект «конкретизируется» – он есть субъект пола (см. выше «Отто Вейнингер»). Субъективность, представляющая «человеческий мир» со всеми красками чувственного и мыслимого бытия, обогащается в перверсии эротической константой. Эротическое есть, конечно, в каждой версии сознания. И, перверсия повторяет феномены всех предыдущих версий, как их монада. Но, в ней, в перверсии, эротическое имеет особые, конституирующий и конструирующий смыслы. Если оставаться на позициях, абстрагирующих перверсию от других «версий субъективности», то ее «чистая» феноменология есть феноменология секса и преступления. «Извращенец», и «преступник» суть перверсные субъекты.

Есть и еще одно качество перверсии, явно не присутствующее в других версиях. Это – негативная мутация (по Ф. Гальтону – см. выше). Это – когда, собственно перверсные феномены, не укладываются в рамки того или иного клинического синдрома и не «видны» клиницисту. Здесь сразу нужно проиллюстрировать сказанное об «собственно перверсном», качестве личности, чтобы не связывать его жестко с сексом, а отнести, скорее, вообще к «вкусу».

Пример из собственной практики.

Студентка второго курса одного из Вузов Москвы во время сессии обратилась к психиатру. Жалобы ее были неожиданные: каждое утро она, с дрожью нетерпения, доставала из почтового ящика газету «Комсомольская Правда» и, запихивая в рот ее большими кусками, жадно съедала. Студентка была обследована разными специалистами – никакой патологии не было обнаружено. Несмотря на проведенный курс психотерапии, она продолжала есть газету, и только «Комсомольскую Правду» целый год, до следующей сессии. Потом внезапно прекратила. Училась ровно и никаких стрессов на почве учебы и личной жизни не переносила.