Спустя девять месяцев, когда дело дошло до суда, Лазо признала себя виновной, принесла искренние извинения и постаралась объяснить, что произошло. Ее слова напомнили мне об аттракционе «Стратосфера» и об эффекте внезапной перезагрузки. С тем отличием, что Лазо во время падения ни к чему не была прицеплена. Тем не менее она умудрилась прямо в воздухе схватиться за кабель, проехать по нему тридцать метров или даже больше на головокружительной скорости и как-то приземлиться на маленькую раскачивающуюся платформу.

Адреналин в ее теле зашкаливал, и он почти наверняка вызвал феномен быстрого отрезвления. Она болталась в воздухе, и адреналин продолжал выделяться, пока полностью не иссяк, и она уже ничего не могла поделать, а ночь тем временем сменялась днем. Сорвавшись с такой высоты, она будто бы обнаружила доселе неизвестное происхождение – или абсолютно новое значение – фразы «уйти в отрыв»[178].

Отчаяние и уныние Лазо все нарастали, она даже подумывала спрыгнуть вниз, но решила, что «не может так поступить с собой или со своей семьей». В суде выяснилось, что Лазо в детстве подвергалась насилию и у нее были младшие брат с сестрой, оба инвалиды, забота о которых в конечном счете ляжет на ее плечи.

В своем вердикте судья Ричард Блуин констатировал в поведении пьяной Лазо опасное пренебрежение общественной безопасностью, но отметил, что иногда невероятные повороты судьбы допускают помилование. «Когда это случилось, мисс Лазо, очевидно, пребывала во тьме, – заявил он. – Она проделала впечатляющую работу, чтобы из тьмы выбраться. Возможно, это происшествие, по очень странному стечению обстоятельств, пролило свет на те стороны ее жизни, которые раньше она предпочитала не замечать».

Так что, несмотря на полное признание вины (Лазо говорила, что «забраться на кран было ужасной идеей» и что эти воспоминания будут преследовать ее всю жизнь), официальный земной суд даровал ей искупление грехов и полное оправдание по всем статьям. С крыш доносились возгласы: «Девица-крановщица свободна! Мы все – Девица-крановщица!»

Последняя история – про Бездомного Христа и его таинственное исчезновение. Она вторит, по крайней мере по духу, историям Пивомета и Крановщицы. Хотя описываемое событие произошло уже какое-то время назад, оно по своей сути бессрочно. Именно этот случай мне ближе всего, метафизически и географически.

В двух кварталах от моего дома, в центре Торонто находится красивая старая церковь, окруженная раскидистыми дубами. Церковь Святого Стивена-в-полях равно удалена от ночного клуба, которым я управлял, и бара, которым я владел. Через дорогу располагается пожарная станция, а через два дома – детский сад, где частично прошли ранние годы моего сына Зева.