Девушка стерпела все, так как соскучилась по ощущению теплых, заботливых рук на своей голове. Соскучилась по уходу и мытью, после которых выходишь из салона обновленной и красивой. Но не получила ничего из перечисленного.

Несмотря на победный вид парикмахера, явно довольного результатом работы и внешностью клиентки, теперь отдаленно напоминавшей внешностью высших существ – местных жителей, сама она теперь жаждала отрезать себе не только волосы, но и голову. Едва переставляя ноги, Аяана выбралась на улицу и немедленно бросилась искать ближайший магазин одежды, где без возражений купила шарф из искусственного шелка ранее не виданного неоново-розового оттенка и тут же повязала на голову.

Тяжкий груз безымянного отчаяния привел девушку в мечеть, хотя посещение вышло незапланированным. Внутри рыжебородый имам трактовал священные тексты на прекрасном мандаринском. Аяана не разобрала большинство слов, но пока молитвы других людей плескались вокруг, уговаривала себя, что должна чувствовать благодарность: ей повезло получить стипендию, занятия ей нравились, отношения с матерью налаживались. А волосы выглядели спутанным кустом, на ощупь больше похожим на переплетение металлических полосок.

Аяана торопливо шагала прочь, когда ее окликнул знакомый голос.

– Добрый вечер!

Корай. Он ждал ее.

– Так и подумала, что это ты.

– Наблюдательность – очень привлекательное качество в привлекательных девушках, – улыбнулся мужчина, приподняв одну бровь.

Аяане совершенно не хотелось разговаривать с кем бы то ни было сейчас. Она плотнее стянула платок на голове и ускорила шаг.

– Ex Africa semper aliquid novi, – процитировал Корай, а когда собеседница обернулась, расшифровал, подстраиваясь под ее скорость: – Из Африки всегда появляется что-то новое.

Аяана посмотрела по сторонам, отметив, что запахи стали менее угнетающими, и поморщилась. В любой другой день она наслаждалась бы разнообразием всевозможных ароматов и выстраивала бы новые маршруты, чтобы ощутить нечто неизведанное.

– Пятьдесят четыре суверенных государства, два частично признанных другими странами де-факто и десять спорных территорий, включая Майотту, Лампедузу и Реюньон, – наклоняясь к спутнице, объявил Корай. – Всего шестьдесят шесть.

– Что? – вздохнула она.

– Стран в Африке, – пояснил собеседник. – Я изучил вопрос. И подробнее присмотрелся к Кении. Твоей родине. – Он выглядел довольным собой. – Теперь я готов переспорить тебя по любому вопросу. – Им обоим пришлось почти прижаться к стене здания, чтобы пропустить мимо выплеснувшуюся волну спешащих на обед офисных работников. Однако Корая это не остановило. – Амир Али-бей жил на ваших островах и сражался на вашей стороне против европейских мародеров. – Он победно улыбнулся. – Вот еще общее между нами, уважаемый потомок двух наций.