Мелкий чиновник, даже не консул, неодобрительно смотрел на рыдающую девушку, которая умоляла, дрожа всем телом и вытирая слезы:

– Пожалуйста, если вы откроете интернет, то увидите мою историю с фотографиями. Или позвоните в Океанографический университет Сямыня, там подтвердят мою личность.

Аяане велели ждать. Она села на стул, у которого шаталась одна ножка, и постаралась не шевелиться. К чести обычно неповоротливого бюрократического аппарата, историю Потомка выяснили за рекордные шесть часов. После подачи заявления в полицию чиновник взял на себя обязательство прочитать студентке лекцию об опасности отъезда из общежития, не поставив в известность ответственных за нее лиц, даже если речь шла о каникулах, после чего выразил свое неодобрение. Главной задачей получавшей стипендию девушки было учиться.

Аяана слушала молча, опустив голову, и желала лишь одного: поскорее покинуть Турцию. Казалось, время тянулось бесконечно. Сердце колотилось как бешеное, сжимаясь от боли и неуверенности. Что делать? Требовалось где-то остановиться, но денег на съем жилья не хватало. Представители посольства выгнали бы жертву обстоятельств разбираться со всем самой, если бы та не являлась своего рода гостьей страны, а потому выделили складское помещение и дали складную кровать, чтобы провести ночь. Аяану, вполне отдохнувшую, несмотря на холод, вызвали в главный офис и вручили временный паспорт. Обратный билет поменяли, и уже вечером она летела назад в Сямынь – голодная, вымотанная и давно не принимавшая душ, но в приподнятом настроении.

79

Лента выдачи багажа международного аэропорта Гаоци в Сямыне ожила, и по ней поехали чемоданы и сумки всех цветов, форм и размеров. Оформление огромного помещения в космическом стиле дарило ощущение анонимности, создавая иллюзию, что подобное место могло оказаться в любом уголке мира.

В кафе слева от зала прилетов по телевизору шли новости об освобождении Гао Юй, затем снова включилась программа. Пересекая помещение, Аяана остановилась взглянуть на изображение гибких рук, которые лепили из глины сосуд на гончарном круге. Образы на экране менялись: приливы, птицы, колосья, небеса, цветущие деревья, облака – и снова завораживающие движения пальцев гончара. Когда они смяли ритуальным жестом почти готовый горшок, Аяана невольно отшатнулась и снова влилась в поток пассажиров, толкавших тележки с чемоданами. Этот поток вынес ее навстречу вечеру в Сямыне.

Снаружи на ботанических беженцах из Восточной Африки – огненных деревьях – распустились ярко-красные цветы. В лучах заходящего солнца они напоминали огромные фонари. Вдали виднелась поблескивающая полоска Южного моря. Аяана ощутила странное чувство возвращения. Затем вспомнила, что ей нужно купить новый телефон.