Абира теперь осмеливалась лишь издалека следовать за старшей сестрой, чья отстраненность лишь придала новый магический ореол. Аяана иногда резко оборачивалась и видела девочку, которая таращилась на нее из-за комода или кресла большими глазами, где плескалось нечто похожее на преклонение, а когда бродила снаружи, то замечала маленькую фигурку, поспешно нырявшую в куст, и едва могла сдержать смех, но упрямо поджимала губы, полная решимости игнорировать ребенка.

98

Спустя шесть недель осмелевшая Абира проследила за старшей сестрой до мангровых зарослей, куда Аяана свернула, чтобы понаблюдать за прибывающими лодками, по пути к Мехди. Уже занимаясь делом и вычерчивая наброски чертежей для приложения, которым могли бы пользоваться рыбаки, чтобы посылать кратковременные сигналы с координатами на берег, она обдумывала, как активировать систему, чтобы база данных обновлялась автоматически, когда услышала душераздирающий крик:

– Аяа-а-а-ана!

Девушка вскочила и бросилась навстречу матери, которая летела по тропинке к мастерской.

– Абира! – схватив Аяану за плечи, Мунира бешено оглядывалась по сторонам. – Где она? С тобой?

– Нет, – фыркнула старшая дочь, возмущенная, что все опять сводилось к заменившей ее девчонке.

– Я смотрела повсюду, – рыдая, выдавила мать. – Где она? Абира постоянно ходила за тобой по пятам. Ты ее не видела?

– Идем искать, – вздохнула Аяана, почувствовав, как сжалось сердце, а по спине пробежал холодок.

Они обшарили весь остров вдоль и поперек, выкрикивая имя малышки. Некоторые из жителей Пате присоединились к поискам. Каждый зов врезался в Аяану, словно камень. Она не заметила младшую сестру, потому что привыкла игнорировать ее, поэтому сейчас окликала:

– Абира! – стараясь отогнать отвращение к самой себе, стараясь не думать, что же наделала своим холодным отношением, и обещая исправиться.

«Я буду любить тебя. Прости меня. Только вернись», – мысленно взывала она.

Абира поскользнулась и упала со склона в мангровых зарослях недалеко от того места, где утром сидела старшая сестра. Течение отнесло девочку примерно метров на двадцать, где она застряла в морских наносах среди корней деревьев. Аяана, которая кружила по острову и решила вернуться к мангровым зарослям, услышала свое имя, произнесенное слабым голосом, почти неразличимым за карканьем потревоженных ворон. Она бросилась на звук, подстегиваемая страхом, увидела следы в трясине и спрыгнула в солоноватую воду. Начинался прилив, и уровень уже доходил до середины бедра. В глаза бросилось трепетание прозрачных крыльев тысяч стрекоз, которые летали рядом с нависавшей ветвью дерева. За нее цеплялась перепачканная грязью девочка.