Войдя в раж, монстр будет сверкать кровавыми белками.

– А Львович где?! – спросит. – Я ему сам сейчас трепанацию сделаю, а мозг – сожру!

Я разведу руками:

– Помер Львович! Испугался, наверное! Но я тебе других врачей отдам на съедение: ешь – не хочу!

Прожорливый Бог слопает Эдуарда Борисовича, усатого санитара, медсестру с поводком, а на десерт возьмется за Нину Генриховну. Тут я, правда, проявлю милость.

– Эту не надо, – скажу монстру.

– Почему?! Она тоже тебя мучила!

– Потом объясню – почему. Ты лучше одного предателя накажи, его Ковачом зовут.

– Где он?! – взревет монстр. – Покажи!

Когда выведут гада, что от меня отказался, я первая к нему приближусь. И скажу… А ничего не скажу! Просто расхохочусь в лицо и махну рукой: кончай, мол, его! Ты не помог мне, Ковач; и Гермоген не помог; и лечение доктора Кар-рлова оказалось пшиком, а тогда вся надежда на рожденное мной высшее существо. Оно-то меня и воскресит – после того, как сожрет моих обидчиков. Пока я кукла, не человек в полном смысле слова, но дайте срок, восстану из полу-бытия, чтобы все увидели, какая я чудесная-прекрасная, умная-разумная, крутая и т. п. А-а, ладно, пусть и остальных воскресит! Зину, Таю, Богдана, Гришу с Мишей, да и Сюзанну заодно. Хватит быть пограничницей, превращайся в нормальную и – бегом на сцену, радовать публику фортепианными экзерсисами.

Замечтавшись, пропускаю момент появления Кати.

– Вещи в стирку давай…

Она осматривает снятое нижнее белье.

– Да что же это… – бормочет. – Куда они смотрели?! За что деньги брали?! Хоть бы уровень пролактина измерили, сволочи!!

И пусть тайна раскрыта – процесс не остановить. Катя опять куда-то звонит, ругается насчет этого самого пролактина, я же воображаю, как дружной толпой, во главе с новорожденным Богом-монстром, отправимся в благословенный край. Там все станут чудесными-прекрасными, а не придурками замученными. Гениями станут, солью земли и гордостью человечества! Да это человечество долбаное само приползет к нам, чтобы понять – как жить? И мы, умные-разумные, не будем скрывать от этих уродов данные монстром истины. Во-первых, скажем, прекратите жрать друг друга. Во-вторых – просто прекратите жрать! Вы же только и делаете, что поглощаете пищу, запихиваете ее в себя тоннами, ей-богу, саранча какая-то, а не человек разумный!

При мысли о пище внезапно просыпается голод. Я почему-то забываю, что сама нынче – саранча, поэтому отправляюсь на кухню и лезу в холодильник. Колбаса, сыр, анчоусы из открытой банки – все поглощается одновременно, и тут на пороге Катя с листком бумаги.