— Да, — тотчас же отозвался Шевчук, — но как это сделать? Немцев я лютой ненавистью ненавижу, понимаешь? Они нас превратили в крепостных…

И Шевчук рассказал свою историю. Все было до мелочей похоже на судьбу Оника и его друзей. Он тоже бежал из плена и скрывался в одном украинском селе. Но потом явились немецкие сборщики, и Шевчук вместе с молодежью села очутился в этих краях.

Оник был очень доволен разговором. Хотя он полностью доверял этому парню, но о себе помалкивал. В этот день он закончил начавшийся разговор о побеге неопределенно:

— Да-а… надо подумать!..

За несколько дней они сдружились. Оник все больше доверялся своему новому товарищу. Шевчук же был неразлучен с Оником. Он никогда еще не встречался с таким интересным собеседником. Оник не ныл, как другие, не жаловался, обо всем говорил с юмором. Можно было подумать, что он никогда не переносил лишений, не знал черных дней. Даже о своей слепоте вспоминал с иронией.

И вот однажды, вернувшись с работы, сказал на ухо Шевчуку:

— Сегодня говорил с чехом Иво. Он согласился. Только ящика нету. Придется подождать.

— Надо кому-нибудь сунуть денег — принесут, — сразу понял Шевчук.

— Э, приятель! Принесут… Мы не на колхозном рынке. Никто не пойдет на такую сделку. Ждать придется. А не будет ящика — рискнем отправиться на открытой платформе.

Шевчук не возражал. Только бы выбраться из Германии!

Однако через несколько дней группу шахтеров, в том числе Оника и Шевчука, перевели в город Цвайбрук, Никто не знал, зачем это понадобилось. Впрочем, Оника это и не интересовало. Было ясно одно: план побега сорвался.

В Цвайбруке их разместили в старом школьном здании. Шевчук загоревал. Конечно, теперь не так-то легко сбежать. Понадобится много времени, чтобы ознакомиться с новыми условиями. В Нойен-Кирхене у них был такой надежный друг, как Иво, они были знакомы со всеми закоулками на станции. Здесь все надо было начинать заново.

Оник всячески старался поддержать в товарище веру в успех их затеи. Оба устроились вместе. Оник рассуждал:

— Цвайбрук лучше, что Нойен-Кирхен, — кажется, это курортный город. Нас с тобой привезли на курорт. Воспользуемся случаем, немножко отдохнем.

Но ему не удавалось поднять настроение товарища, Тем более, на следующий день стало известно, что их привезли сюда рыть противотанковые рвы. Шевчук окончательно помрачнел. А Оник сразу заявил:

— Не выйдет! Не буду копать. Пойду к врачу и скажу, что у меня заворот кишок. И тебе советую сказать, что у тебя расстройство. Немцы боятся этого. Ну, и отправят нас в больницу.