– Ладно, буду молчать, – пообещала Надя.

Они попили чаю, Надя оделась, Дмитрий поцеловал её в губы долгим поцелуем, и в этот раз его борода и усы уже не вызвали в ней брезгливости, а лишь приятно пощекотали лицо и шею.

В воскресенье Надя собралась на сеанс рисования, зная, что будет сеанс любви, как говорил Дмитрий.

– Куда это ты зачастила по выходным, – поинтересовалась девушка из их группы, встретив Надю в коридоре пансиона. – Даю уроки школьнику в купеческой семье: ему польза и мне практика и немного денег, – солгала Надя и направилась в мастерскую, где она потеряла невинность с пожилым мужчиной, ничего не получив взамен.

Художник уже ждал совращённую им девушку и основательно подготовился к сеансу любви: натопил печь-голландку, чтобы в мастерской было тепло, застелил диван простынею и ещё положил простынь поверх, чтобы укрываться, придвинул к дивану столик с вином и фруктами, а сам сидел в кресле с бокалом вина. Когда Надя вошла, он вскочил, обнял девушку прямо у двери и начал нетерпеливо и быстро раздевать её донага, как и обещал в прошлый раз. Эта заботливость была девушке приятна, и она позволяла мужчине делать всё, что он задумал.

Оставив на Наде лишь одну рубашку, Дмитрий усадил её на диван, налил вина в бокалы и торжественно произнёс: «Давай, Надюша, выпьем сладкого вина за сладкую любовь, которая есть и будет между нами». Надя выпила вина, щёки её раскраснелись, а Дмитрий стал нетерпеливо целовать её всю, сбросив рубашку и оставив девушку совершенно нагой.

Мужские ласки были нежны и приятны, и девушка ощутила необъяснимое удовольствие, когда Дмитрий толчком вошёл в неё, продолжая лёгкими движениями владеть ею и покрывая поцелуями груди, которые потяжелели и вздёрнулись вверх. Неизъяснимое удовольствие продолжало нарастать, объятия мужчины становились крепче, а его движения быстрее и вдруг, в самом сокровенном девичьем месте возникла сладко-щемящая судорога, которая начала быстро расширяться, охватывая всё тело и, достигнув нестерпимой сладостности, ударила в голову и рассыпалась фейерверком перед закрытыми глазами. Надя судорожно прижалась к мужчине всем телом, вскрикнула, застонала от познанного наслаждения и разом обмякла, одновременно с мужчиной, издавшим победный стон полного удовлетворения.

Потом любовники молча лежали рядом: Надя, ошеломлённая испытанными ею чувствами, а Дмитрий удовлетворённый пробудившейся в девушке страстью женщины.

– Ну, вот и ты полюбила меня, не так ли? – ласково спросил он Надю, бережно целуя её сосцы, которые набухли и казалось, что вот-вот из них брызнет молочко.