Иван поцеловал её в лоб, потом, опомнившись, что в лоб обычно целуют покойников, поцеловал Надю в губы несколько раз и тоже тихо ответил: – Я давно простил тебя, тем более вины твоей нет. Это я сам выдумал, и я сам виноват, и прошу у тебя прощения за всё, что случилось, и обещаю, что такого больше не повторится. А сейчас нам пора вставать, чтобы не опоздать на уроки. Что подумают наши ученики, если учителя будут опаздывать?

– Хорошо, если никто не видел тебя вчера, – ответила повеселевшая Надежда. – Вот тогда-то можно было подумать плохое об учителе истории, который сам попал в плохую историю, – подколола девушка, укусила Ивана в плечо и, легко выскочив из постели, накинула халат и вышла из спальни, неслышно ступая войлочными тапочками.

Иван с трудом поднялся следом за ней, одел халат, и как был, вышел на кухню, где уже хлопотала Даша.

– Батюшки, – всплеснула руками Даша, увидев измятое и опухшее лицо хозяина. – Что с вами случилось, Иван Петрович, уж не заболели ли?

– Гулял вчера до реки, наверное, продуло на ветру, всё тело ломит, но надо идти на уроки.

Сейчас я вам чайку с малиновым вареньем приготовлю, – засуетилась Даша, – может и пройдёт лихоманка. А к вечеру, прежде чем ложится спать, вам надо будет в носки тёплые насыпать горчицы и в них спать, а ещё протереть грудь водкой и обвязать полотенцем, чтобы воспаления не было. Нельзя на холодном ветру гулять после тёплой погоды, – укорила работница Ивана и принялась собирать завтрак, не забыв про малиновое варенье, что с другими запасами хранилось в подполе на кухне. Варенья и соленья Даша сама наготовила летом: что со своего огорода, что с здешнего огорода или прикупив на базаре.

На кухню вышла Надя, свежая и розовая после утреннего туалета и устремилась к столу: – Я проголодалась со вчерашнего дня, ты уж накорми меня, Дашенька, получше.

– Я и то гляжу, что господа мои ничегошеньки не съели за воскресенье: всё, что я вам припасла, стоит нетронутое. Аль приключилось что, или не поделили что? – хитро прищурившись, отвечала Даша. – Вон и хозяин ваш, Надежда Николаевна, вчера ходил один гулять на реку и его там продуло.

– Не беспокойтесь, Дашенька, всё хорошо. Просто мы были в гостях допоздна, там хорошо угощали, и вчера совсем не хотелось кушать, – правда, Ванечка? – ответила Надя. Иван кивнул головой и пошёл приводить себя в порядок.

За завтраком Надя была весела и разговорчива: долго грустить и печалиться было не в её характере, а Иван поддакивал ей, налегая на еду, ведь за вчерашний день у него и крошки не было во рту – с похмельем его организм уже справился и требовал пищи.