– А вы-то сам, Иван Петрович, пошто у трактира с утра очутились? – спросила Арина, пряча рубль в складках юбки. – У вас жена красавица, и ждёт, наверное, вас в тёплой постельке дома, а вы в трактир наметились!

Видела я вас парою, ещё летом, у церкви. Вы-то меня не заметили, а я выглядела и скажу: не любит вас жена ваша, чую женским сердцем. Упустили вы когда-то старостину дочь – вот она-то любила вас, и поди сейчас ещё любит, хоть и вышла замуж, по слухам, и живёт в Могилёве.

Женщина, когда любит, смотрит на своего мужчину ласково и заботливо, как на ребёнка, а ваша жена смотрела на вас строго и безразлично – как на пустое место или вещь смотрят. Я счастья не нашла, но и вы своё упустили. Прощайте, учитель, пойду домой, отосплюсь, и может быть, с вашего рубля начну новую жизнь.

– Заходи, коли нужда будет, всегда помогу, – крикнул Иван вслед Арине, которая скрылась в проулке, оставив учителя в раздумье: у него разлад в семье и надо же такому случиться, чтобы встретить бывшую свою служанку, которая, увидев, случайно, его с Надеждой, сразу поняла неладное в их отношениях, но не злорадствовала, а посочувствовала по-бабьи.

– Зайду-ка я выпить водки, – решил Иван, – и согреюсь, и отвлекусь от мыслей тягостных о Надежде и от этой встречи с Ариной несчастной.

Он вошёл в просторную комнату, где стояло несколько столиков, за которыми сидели два-три посетителя с кружками пива. Иван прошёл за свободный столик и заказал подскочившему половому стопку водки.

– А покушать не изволите? Есть осетринка, сёмга, можно яичницу с жидовской колбаской пожарить, если изволите, – предложил половой.

– Нет, только стопку водки, чтобы согреться, – отказался Иван, хотя вышел из дома без завтрака, а время незаметно склонилось к полудню. Половой принёс стопку водки, Иван выпил, чувствуя, как горячая волна пробежала по телу, согревая члены и обжигая душу.

– Почти как с Надюшей в пылу любовных забав бывало, – с грустью вернулся Иван к тягостным мыслям. Тут к столику подскочил какой-то мужичок с синюшного цвета лицом закоренелого пьяницы: «Господин хороший, не угостите ли стопкой водки, душа горит, а грошей – нема», – прокурлыкал мужичок, угодливо кланяясь.

Иван, чувствуя, как туман начинает заполнять голову, изгоняя все мысли, решительно заказал полуштоф водки, сало и, налив водки в стаканчик, подвинул его к пьянчуге: «Пей, коль хочется, раздели мою печаль». Мужичок одним глотком выпил водку, схватил кусочек сала, быстро съел его и, жадно смотря на бутылку с водкой, поддакнул: – У барина видно неладно на душе, так нет ничего лучше, как водкой смыть, я завсегда так делаю и вам советую, – повеселев от водки, сказал мужичок и продолжил разговор, надеясь ещё выпить водочки: