— Вы так думаете? — спросил Фишер, потому что последние слова я произнесла вслух.

— Нет, — сказала я, — я так не думаю. Но я уверена, что так думал тот, кто обставлял эту комнату. Позволите присесть?

— Простите, что я не предложил вам первый, — сказал Фишер. Я села на диван. — Я полагал, что барышня может сесть, не испрашивая позволения.

— Смотря где, — возразила я.

— То есть? — переспросил Фишер.

— Мы же с вами не в фойе оперного театра, — сказала я. — И не у вас в гостях.

— Ну почему?

— А это что, ваша квартира? Господин Фишер, неужели вы здесь живете? Простите, но в это трудно поверить.

— Какая вы зануда и придира, — засмеялся он.

— Вы еще не знаете, какая я, — сказала я. — Но насчет зануды и придиры — это верно. Сейчас я буду дальше занудствовать и придираться. Эту квартиру вы сняли специально, чтобы следить за квартирой моей матери? Верно ведь?

— Верно, — сказал Фишер. — От вас ничего не скроешь.

— А чего тут скрывать? — засмеялась я. — Дома стоят в сотне шагов. Этаж почти тот же. Окна против окон. О чем тут вообще разговаривать? Не будете же вы утверждать, что графиня Гудрун фон Мерзебург специально сняла квартиру в весьма дорогом доме на Инзеле, чтобы следить за вами? Ну не за вами лично, разумеется, а за всеми теми людьми, которые, не знаю, как назвать, но вы поняли, о чем я…

— Неплохая мысль, — засмеялся Фишер. — Непременно уточню, кто здесь оказался раньше: она или я, для краткости! — сказал он. — Смешно, если окажется, что мы следили друг за другом. Хотя вряд ли.

— Не знаю, — сказала я. — Хотя я ни капельки бы этому не удивилась. Моя мама может все. Имейте это в виду на всякий случай.

— Откуда вы все это знаете? — спросил он.

— Я чувствую, — сказала я.

— Это немаловажно, — серьезно кивнул он.

— Придирки и занудства еще не закончены, — сказала я. — Вы явно не герой-одиночка.

— Откуда вы знаете? — Мне показалось, что господин Фишер чуть-чуть обиделся.

— Будем рассуждать логически, — сказала я. — Во-первых, у вас есть помощники. Кто-то сейчас уберет извозчичью коляску. А до этого кто-то вам ее дал. Вы как-то связаны с этим Петером из Белграда — вы же мне сами об этом говорили. Вы адвокат по своей, так сказать, гражданской службе, но не очень богатый и знаменитый, так что вряд ли вы бы смогли снять себе апартаменты на Ин-зеле. Опять же обстановка этих апартаментов имеет явный официальный душок. Но это все мелочи. Самое главное другое. Неужели во всей нашей империи есть только один человек — адвокат и секретный агент Отто Фишер, — который один-одинешенек пытается спасти кайзера от пули, Великую Империю от разгрома, весь наш сладкий карнавал от закрытия? Если бы это было так, то кайзера давно бы повесили кверху ногами — да простит меня Бог за столь кощунственные слова! — а на месте Великой Империи заплясал бы веселый хоровод стран-недомерков. Не смешите меня, господин Фишер. Так не бывает. Скорее наоборот. Это какие-то герои-одиночки, то есть негодяи-отщепенцы, хотят убить нашего кайзера и прикрыть наш карнавал — разве нет?