Можно было, конечно, подрядившись с таксистами, поехать к нашему приятелю на какой-нибудь колымаге, но будить в такую рань хорошего человека, его прелестную жену – эстонку Зану, не хотелось. Поэтому мы решили скоротать часа полтора на вокзале. А там уж добраться общественным транспортом до места. Тем более что по телефону, перед поездкой сюда, заранее было оговорено: «Как только приедете, сразу к нам!»

– Давай где-нибудь выпьем горячего кофейку. Взбодримся, – предложила жена, стоя у наших сумок, лежащих на широком подоконнике высокого и узкого окна, когда я вернулся в здание вокзала. Заодно и посидим где-нибудь в тепле.

Однако ни одно кафе ни в привокзальной зоне, ни в самом вокзале еще не работало…

Бродя по пустым его залам, в одном из дальних углов, мы обратили внимание на новшество, которого прежде здесь не было.

Отгороженный голубоватыми, примерно двухметровыми по высоте, панелями из современных стройматериалов угол вокзала имел свой вход, над которым красовалась надпись: «Зал для VIP-персон». И, чуть ниже, уже более мелким шрифтом было написано: «70 руб. час. С человека».

У входа без дверей, но с барьером, на стуле, с внутренней его стороны, сидела, а вернее, в полглаза дремала тучная женщина в железнодорожной форме, со скучным серым лицом, обвислые щеки которого как бы стремились отдохнуть на погонах ее форменного кителя.

В глубине небольшого зальчика заманчивым теплом мерцал приглушенный свет и светился всеми мыслимыми и немыслимыми цветами большой экран плоского телевизора. Виднелись там и мягкие диваны и кресла и диковинные зеленые растения в кадках, стоящих между ними на полу. И, что самое главное, на столе, расположенном у стены, невдалеке от охранительницы сего «царства», курился электрический самовар, рядом с которым лежали цветные пакетики с кофе, чаем, печеньем, вафлями.

– Вот, давай сюда, в этот оазис относительного благополучия, и занырнем на часок, – предложила жена. – Чем мы с тобой не VIP-персоны?

Ее явно развеселила эта надпись с ошибкой, поскольку английский язык она знала хорошо. А в переводе с английского VIP – означало: «Very importeant person». То есть: «Очень важная персона». В зазывной же надписи получалось, что это зал: «Для важных персон персон». Это так же, как сказать: «Такова селяви». Ибо, селяви, в переводе с французского, это уже: «Такова жизнь».

Очнувшись от своего чуткого сна, взяв с нас деньги и, записав на небольших, розоватых, цвета несбывшихся надежд, талончиках время нашего вступления в VIP-зону, женщина машинально, порывшись в каких-то бумажках, лежащих у нее в выдвижном ящичке стола, вдруг могуче, грозно – сна уже как не бывало – зарычала: