– У моей мамы висит эта фотография в рамке на стене в гостиной. Она была сделана за несколько недель до того, как Джесс упала, – сказал Джейсон. Экран потемнел, и он сунул телефон в карман. – Мы не знали, что с ней что-то не так. Она всегда была такой неугомонной, никогда не сидела на месте, но потом мы начали замечать, что ее рука никак не заживает.

Его голос дрогнул, и он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Я знала, что он заново переживает тот самый момент, когда его жизнь перестала быть прежней. Мне хотелось протянуть ему руку, но я ждала, не желая его прерывать.

– Когда врачи провели анализы и обнаружили, что у Джесс лейкемия, – сказал он, – я ничего не понял. Я думал, что это похоже на простуду или грипп и сестра просто стряхнет с себя эту болезнь и выздоровеет. Я имею в виду, это ведь была Джесс – ничто ее не останавливало. Но она становилась все слабее и слабее. Я думал, что она притворяется, чтобы не ходить в школу. Мне пришлось ходить туда без нее, и это было отстойно, и я не понимал, что происходит, насколько все серьезно, пока однажды днем не нашел свою мать сидящей на полу в кухне. Она прижалась к шкафу и плакала в кухонное полотенце. Именно тогда я понял, что все плохо, очень плохо.

Джейсон с трудом сглотнул. Затем моргнул.

– Она лечилась в течение двух лет, но ее рак был агрессивным, и ее тело было настолько пронизано опухолями, что врачи не могли спасти ее, – его голос был хриплым, и он провел рукой по лицу. Когда я посмотрела ему в глаза всего лишь на мгновение, прежде чем он отвернулся, я увидела, что он выглядел сломленным.

– Она была человеком, которого я любил больше всего на свете, – продолжил Джейсон. Его глаза были влажными, а голос напряженным. – Я хотел умереть вместе с ней, потому что был уверен, мы должны были все делать вместе. Мы были командой, двумя половинками одного целого, и я не понимал, как она могла бросить меня.

Я молча кивнула. Я знала, каково это – чувствовать боль. По моей щеке скатилась слеза, и я смахнула ее. На этот раз я действительно потянулась к нему. Я взяла его свободную руку в свою и нежно сжала его пальцы. Когда я хотела отпустить его, он повернул свою ладонь и переплел свои пальцы с моими, как будто еще не был готов отказаться от утешающего прикосновения.

– Я не знал, как жить без нее. Я даже отказывался праздновать свой день рождения – это был наш общий день рождения – в течение многих лет. Крупные события в жизни – я не хотел принимать в них участия один, без Джесс. Выпускные, экзамены, первые водительские права – каждый раз у меня было чувство, будто чего-то, вернее кого-то, рядом не хватает. Я не мог от него избавиться.