– Вот так, как сейчас, – никогда.

– Вот именно, – сказал он. – Присаживайся, Мартин. Сними груз со своих плеч хотя бы на минутку.

Я тяжело вздохнула и опустилась на траву, зная, что Найтли не сдвинется с места, пока сам не захочет. Легкий ветерок шелестел листьями деревьев, а трава под моими пальцами была прохладной. Должна признать, что было приятно остановиться на минуту, чтобы просто впитать все это.

Джейсон повернул голову и изучал меня, пока я не почувствовала, что должна прервать молчание: «Что?»

Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут запищал телефон. Это был резкий лязгающий звон посреди этого тосканского рая. Найтли вздохнул и полез в карман, чтобы вытащить телефон. На обоях его дисплея был логотип Red Sox[86] – неудивительно! – но, как только он набрал свой код безопасности, на экране появилась новая фотография – мальчик и девочка. Я действительно не пыталась увидеть его пароль, клянусь, но он мог бы выбрать что-то посложнее, чем шесть цифр в порядке убывания от числа девять. Серьезно, неужели его совершенно не заботит собственная безопасность?

Джейсон провел пальцем по экрану, чтобы открыть сообщение. Он быстро прочел его, но ничего не ответил. Явно удовлетворенный, он закрыл приложение для отправки сообщений и бросил телефон в траву.

Я взглянула на фотографию детей, которым на вид было лет по десять, строивших глупые рожи на камеру. Очаровательно! Мальчик скосил глаза и высунул язык, а девочка заткнула уши большими пальцами, вытянув вперед руки, казавшиеся похожими на оленьи рога, открыла рот и широко раскрыла глаза. Они выглядели забавно, и я рассмеялась над их выражениями лиц.

Может, это дети Найтли? А может быть, его племянница и племянник? Мне пришло в голову, что я не так уж много знаю о его личной жизни, и это было странно, потому что я чувствовала, что должна знать больше. Я имею в виду, что я же все-таки целовалась с этим парнем. Три раза! Разве я не должна знать, есть ли у него дети?

Я мысленно прокрутила в голове все, что знала о Джейсоне помимо его внешнего вида, красивого лица и обаятельной – но не всегда – личности. Каждый день он опаздывал на несколько минут в офис, все приветствовали его как лучшего друга, и он отвечал тем же. Он всегда был готов к любым проделкам, пари, посиделкам в барах и праздничным вечеринкам. Насколько я знала, он был одинок – по крайней мере, так он сказал мне в тот вечер, когда я позвонила ему в Бостон и он оставил своих «корешей» в баре.

Я еще немного углубилась в воспоминания. Джейсон несколько раз мимоходом упоминал о своих родителях. По правде говоря, я пропускала мимо ушей все, что он говорил, потому что считала его бесполезным студентом-переростком и своим соперником. Меня это не интересовало. Думая об этом сейчас, я была уверена, что он вырос в центре Массачусетса, так как не было такой бостонской команды, за которую бы он не болел яростно.