– Да ладно, пацаны, понял я, но бабла все равно при себе нет. – Монгол выдавил улыбку, похлопав себя по карманам. – Даже на билет домой. Все пропил.

– Если на билет нет, можно к ментам на вокзале подойти, – неожиданно сочувственно произнесла девушка. – Если сказать, что ограбили, они справку выпишут и в поезд посадят.

– Ирка, рот закрой, тебе слова не давали. Пойди вон, лучше у Валеры пробей, – сказал Блондин.

Девушка фыркнула, недовольно пошла к барной стойке. Переговорив с барменом, вернулась.

– Пустой вроде, – небрежно бросила она.

Монгол взял свой бокал, жадно допил до дна. «Если одного со мной пошлют, то вырублю. А если двое, а если с пушкой?»

Компания хмуро стояла вокруг стола, как врачи у постели умирающего, соображая, что делать с трупом.

– Ты где живешь?

– В Харькове, – ответил Монгол. – Пацаны, мы ж земляки.

Компания захохотала.

– Чувак, ты еще жив, потому что земляки, – произнес Чернявый.

Все снова засмеялись. Смеялся и Монгол. Со стороны это напоминало встречу старых друзей.

– Зема, а здесь где остановился?

– Там, наверху, – ответил он, небрежно махнув рукой.

– Бабки дома есть?

– Да говорю же, пропил все.

– А ну, встань.

Монгол встал, пошатнулся.

Один из пацанов похлопал его по карманам, по рубашке.

– Пустой.