– Когда ты просматривал бумаги отца, – спрашивает Джо, – ты находил еще какие-нибудь доверенности?

– Нет, не находил.

– А как насчет завещания? Или полиса страхования жизни?

– Завещания не было, – отвечаю я, – но я нашел страховой полис.

– Ты можешь сказать суду, кто будет получателем страховой суммы в случае кончины отца?

– Моя сестра, – отвечаю я. – Кара.

Сестра изумленно открывает рот, и я понимаю, что отец не говорил ей о страховке.

– Ты указан как получатель?

– Нет.

Когда я нашел полис в папке вместе со свидетельством на грузовик и паспортом, я прочитал его от корки до корки. Я терзал себя вопросом: вычеркнул отец меня из полиса или заключил договор после моего отъезда?

– Ты удивился?

– Не особо.

– Разозлился?

Я поднимаю подбородок:

– Я уже шесть лет сам зарабатываю на жизнь. Мне не нужны его деньги.

– Значит, все усилия, направленные на то, чтобы стать опекуном отца и принять решение о медицинском уходе за ним, не являются следствием возможной денежной выгоды?

– После смерти отца я не получу ни цента, если вы это имеете в виду.

– Эдвард, – говорит Джо, – как ты думаешь, чего бы хотел сейчас твой отец?

– Протестую! – возражает Циркония Нотч. – Это выражение личного мнения.

– Верно, – соглашается судья, – но я тоже хочу его услышать.