Манифесты и оды эпохи Елизаветы – особенно стихотворные произведения Ломоносова, обласканного ею одописца, – содержали уже знакомые нам обоснования легитимности правления императрицы и ее приближенных: прямое происхождение от Петра, верность его преобразованиям, «выбор», сделанный дворянством, народная поддержка. В течение всего царствования панегирики прославляли ее мудрое правление, реформы в области просвещения, успехи в ратных и мирных делах – по образу и подобию ее отца. Кроме того, Елизавета немедленно назначила наследника, заручившись поддержкой знати и народной присягой (1742): то был сын ее сестры Анны, будущий Петр III (годы царствования 1761–1762), в то время герцог Гольштейн-Готторпский. В 1743 году Петра привезли в Петербург, в следующем году туда же доставили его невесту, также представительницу одной из малозначительных немецких династий, Софию, дочь князя Ангальт-Цербстского. Вскоре Петр и София (принявшая православие и имя Екатерины) заключили брак в Петербурге (1745).

Петр III сменил на троне Елизавету в декабре 1761 года и, по идее, должен был считаться легитимным правителем. Намного более компетентный, чем принято считать (репутация Петра сложилась на основе позднейших мемуаров супруги, всячески старавшейся его очернить), он предпринял реформы: конфискация церковных земель, освобождение дворян от обязательной службы, применение физиократических методов для уменьшения громадного государственного долга – все эти меры продолжали проводиться в жизнь и при Екатерине II. Но Петр III не обеспечил себе необходимой поддержки, управляя при помощи приказов и оттолкнув от себя дворянство, особенно офицерство, тем, что недальновидно выступил против Дании, преследуя местные голштинские интересы. В июне 1762 года гвардия с ведома Екатерины, заполучившей в итоге престол, устроила заговор и низложила Петра, который был убит сторонниками Екатерины в июле того же года. В 1764 году был убит и несчастный Иван VI, к тому времени 22-летний. Все это укрепило позиции Екатерины.

Екатерина не имела никаких родственных связей с Романовыми, но в течение всего своего царствования прилежно работала над авторепрезентацией. Первоначально упор делался на православие, дочернюю верность петровскому наследию и военную доблесть; многочисленные манифесты оправдывали ее приход к власти волей народа, недовольного тиранией ее супруга, опиравшегося на узкий круг советников. Екатерина провозгласила себя продолжательницей петровских реформ, оставленных при Петре III. При этом она выходила за пределы традиционной роли православной самодержицы: пышно короновалась в Успенском соборе, как Екатерина I; путешествовала по стране, посещая монастыри, раздавая милостыню и принимая прошения от подданных. Поклявшись править «по закону», она в 1766 году созвала для подготовки нового Уложения представителей всех сословий, кроме крепостных. Приблизительно на протяжении первого десятилетия ее царствования все это находило отклик в официальных одах. Василий Петров, ее любимейший одописец, провозглашал, что в императрицу вселился дух Петра I; Ломоносов объявил, что царский скипетр ей вручил сам Бог. Петров и другие уподобляли ее царицам амазонок, Астрее, Дидоне, даже императору Августу. Особенно много отсылок к Античности содержалось в одах, посвященных победам над турками.