— Дэвид, дорогой, вы настоящий джентльмен, — сказала мамà.

И вот не прошло и шести месяцев, а мамà и дядя Леандер, вышеупомянутый американский друг Дэвида Нивена, с которым актер познакомил Рене через неделю после того разговора, сочетаются браком.

Утром жених и невеста запоздали на Генриетта-стрит в бюро загс района Ковент-Гарден, свадебную карету — гоночный «мерседес», сделанный на заказ «Траппом и Мейберли», — дядя Леандер оставил на улице, с работающим мотором, пока его и мамà спешно сочетали браком в присутствии двух свидетелей, их друзей — мистера и миссис М. В. Уэйкфилд. Затем новобрачные снова запрыгнули в автомобиль, и дядя Леандер помчался по лондонским улицам к часовне Савойи, где их ожидало церковное венчание. Резко затормозив перед часовней, словно гонщик в Ле-Мане, жених выскочил с водительского сиденья и подбежал к пассажирской дверце, чтобы помочь невесте выйти из машины.

Все британские газеты прислали репортеров и фотографов, чтобы задокументировать эту свадьбу. Хоть и американец, Леандер Маккормик учился в Итоне и Кембридже и все последние годы жил в Лондоне, его знали в мире как спортсмена, а в городе — как холостяка. В свои сорок четыре года дядя Леандер парень первый сорт — стройный, гибкий, стильный — и, как говорят, замечательный танцор. Ради нынешнего случая на нем безупречно сшитый утренний костюм с белой гвоздикой в петлице, цилиндр, а на руке тросточка. Маленькая француженка-невеста — в летнем пальто цвета морской волны поверх простого белого платья и в шляпке цвета морской волны с белой отделкой. К пальто приколота большая гроздь орхидей. Мамà тридцать три года; маленькая и по-прежнему очаровательная, она держится так стильно и уверенно, что, хоть ее и нельзя назвать классической красавицей, яркая индивидуальность делает ее таковой.

Направляясь по тротуару к часовне сквозь строй фотографов и репортеров, мамà и дядя Леандер являют собой красивую пару.

— Мистер Маккормик! — восклицает один из репортеров, щелкая затвором камеры, — что заставило вас снова войти в храм Гименея?

В ранней молодости дядя Леандер уже был женат, но по неведомой причине всего через год жена с ним развелась.

— Конечно, любовь! — галантно отвечает он. — Может ли быть другая причина? — Хотя это, пожалуй, отнюдь не вся правда.

— Графиня де Флёрьё! — кричит другой репортер. — Вы не жалеете, что расстаетесь с титулом ради брака с неаристократом, вдобавок с американцем?

Мамà смеется своим чудесным горловым смехом:

— Леандер Маккормик не аристократ? Я бы не сказала! И я обожаю американцев! Особенно этого.