– Бери, – сказала я, а потом заволновалась, что это прозвучало слишком грубо, слишком недружелюбно, хотя на самом деле я просто нервничала. – Если хочешь, – добавила я.

Он заглянул в пакет, и я испугалась, что он будет смеяться надо мной и моей едой. Но он просто достал кусочек спаржи, обмакнул его в дрожжи и с хрустом разгрыз.

– Спасибо, – сказал он шепотом, потому что рассказчик уже начал говорить, – очень вкусно.

На этот раз история была про мужа, жену и их двоих детей, которые, проснувшись однажды утром, обнаруживают у себя в квартире птицу. Это было не очень реалистично, потому что птицы у нас встречаются редко, но мне понравилось, как птица упорно не дается в руки и как отец, мать, сын и дочь то и дело налетают друг на друга, бегая по дому с наволочкой. Наконец птица поймана, и сын предлагает ее съесть, но дочь оказывается умнее, и по ее совету вся семья, как и положено, относит птицу в местный центр по контролю за животными. В качестве вознаграждения им дают три дополнительных белковых талона, и мать покупает на них белковые лепешки.

Когда рассказ кончился, мы пошли к северному краю Площади.

– Как тебе? – спросил Дэвид, но я ничего не ответила: мне было стыдно признаться, что я чувствую себя обманутой. Я-то думала, что муж и жена – просто муж и жена, как мы с моим мужем, и вдруг оказывается, что у них двое детей, мальчик и девочка, а это значит, что они все-таки не такие, как мы. Они не просто муж и жена – они отец и мать.

Но говорить об этом было глупо, поэтому я сказала:

– Неплохо.

– А по-моему, ерунда какая-то, – сказал Дэвид, и я посмотрела на него. – Что это за квартира таких размеров, чтобы по ней можно было бегать? Что это за люди такие добропорядочные, что сразу отнесли птицу в центр?

Эти слова вызвали у меня одновременно восхищение и страх. Я посмотрела вниз, на собственные ботинки.

– Но это закон.

– Конечно, это закон, но он же рассказчик, – сказал Дэвид. – Неужели он действительно думает, будто мы поверим, что, если к нам в окно вдруг влетит большой, пухлый, сочный голубь, мы не убьем его тут же, не ощиплем и не отправим в духовку?

Подняв глаза, я увидела, что он смотрит на меня с полуулыбкой.

Я не знала, что сказать.

– Ну, это ведь просто рассказ.

– Вот именно, – сказал он, как будто я с ним соглашалась, и поднес руку к виску, шутливо отдавая мне честь. – Пока, Чарли. Спасибо за угощение и за компанию. – И с этими словами он двинулся на запад, в сторону Малой восьмерки.

Он не сказал, что мы увидимся через неделю, но когда в следующую субботу я вернулась на Площадь, он был там – стоял возле палатки рассказчика, – и снова у меня странно защекотало в животе.