Она отвечает вопросом:
– Вы сказали, что вернулись в Париж после войны. И что тогда произошло?
– Там для меня ничего не осталось. Я вернулся сюда. – Себастьян заглядывает в ее глаза, и такое чувство, будто он смотрит в глаза Элиз как тогда, много лет назад.
– Вы не догадываетесь, кто я?
Не совсем так. Он знает, кто она. И в то же время не знает, потому что это невозможно.
– Родственница Элиз?
– Она моя мать. – Жозефина вздыхает и отводит взгляд. – Ее отец обманул вас, – говорит она тихим голосом. – Мама не умерла. Я родилась в апреле, через восемь месяцев после того, как вы покинули Париж.
Осознание обрушивается лавиной. Он вскакивает со стула, дыхание застревает в горле. Воздух хлещет обратно в легкие, разбивая их своим потоком. Жозефина – его дочь. Ребенок Элиз. Их ребенок.
– Так Элиз жива? – в отчаянии спрашивает он.
Она кивает.
Себастьян подносит дрожащие руки к лицу. Целая жизнь вспышкой проносится перед ним. Жизнь, которую он мог бы иметь. Жизнь с Элиз и их ребенком.
– Но я писал ей! Я писал!
– Она так и не получила ваших писем. Ее отец спрятал их.
Себастьян прижимает ладонь к груди, пытаясь унять бушующее сердце. Он закрывает глаза, не в силах осмыслить весь ужас правды. Когда он снова открывает глаза, Жозефина пристально смотрит на него. Его взгляд устремляется к семейным фотографиям на каминной полке и возвращается к Жозефине. Себастьян не в состоянии соединить эти две вселенные.
Жозефина прослеживает за его взглядом.
– Почему вы прекратили поиски? – Она поднимается с дивана и встает перед ним. – Почему не разыскали нас?
– Я поверил ему. Поверил этому сумасшедшему. Я подумал, что ее расстреляли. – Мысли гудящим роем кружатся в голове. Теперь он не понимает, как мог поверить ее отцу на слово. И еще не понимает, почему потребовалось столько времени, чтобы правда выплыла наружу.
– Как ты меня нашла? – заикаясь, бормочет он.
– Письма. Я нашла письма в прошлом месяце, когда ездила в Париж и впервые встретилась со своим дедом. Мама расплакалась, когда получила их наконец.
– Где она? Почему она не приехала? Почему Элиз не поехала с тобой?