В конечном итоге Голицына превзошел М. Л. Магницкий, этот неутомимый «гонитель либералов в сфере образования» и самый ярый сторонник новой нетерпимости. Магницкий заявил: «Слово человеческое есть проводник адской силы философии XVIII в., книгопечатание — орудие ее». Именно Магницкий предложил очень агрессивную систему цензуры, предназначенную в основном для предотвращения угрозы революции, распространяющейся с Запада. К счастью, возобладали другие взгляды. Религиозный консерватор А. С. Стурдза разработал альтернативный закон о цензуре, который, как считалось, отличался от закона Магницкого «мягкостью, терпимостью и отсутствием фанатизма». Так считал современник академик М. И. Сухомлинов, который видел цель цензуры просто в «указании вреда или безвредности книги, а отнюдь не ее критике». Однако ни один из этих двух проектов не был принят, и цензура была в конечном итоге реформирована после замены А. Н. Голицына А. С. Шишковым на посту министра просвещения в мае 1824 года. Составленное им постановление появилось уже в следующем царствовании, 10 июня 1826 года[822].

Г. М. Яценков и «Дух журналов» против цензуры

Г. М. Яценков и «Дух журналов» против цензуры

Опубликованный в 1871 году сборник материалов по истории российской цензуры в период правления Александра I дает представление о случайности применения закона[823]. В качестве примера можно привести ажиотаж, вызванный новым периодическим изданием «Дух журналов», которое начало выходить в 1815 году. Его редактором был Г. М. Яценков, описанный в заголовке недавней статьи о нем как «совершенно обычный русский человек на службе Императора и просвещения»[824]. На самом деле Яценков родился в семье украинского дворянина, но еще мальчиком был отправлен отцом в Москву, чтобы там стать одним из первых учеников в недавно открывшемся при университете Благородном пансионе.

Яценков проработал двадцать лет лектором на философском факультете Московского университета, где его сильные стороны проявились в классических и современных языках и литературе. В 1804 году он был назначен членом петербургского цензурного комитета и, таким образом, начал пятилетнее пребывание в должности цензора. В этом качестве Яценкову нравилось придерживаться характерного для него принципа невмешательства, принимая ряд спорных либеральных решений, которые впоследствии были отменены его коллегами. «Дух журналов» представлял собой дайджест лучших недавних публикаций на политические, социальные и экономические темы в широком спектре европейских периодических изданий, которые стали доступны для российских читателей. К ним относились Journal des Débats, Mercure de France, Hamburgisches politisches Journal и The Edinburgh Review. В нем также воспроизводились статуты и конституции других стран, в том числе Конституция Североамериканских Соединенных Штатов, а также основные выступления российских государственных деятелей, в том числе «конституционная» речь Александра I 1818 года и обсуждавшаяся в десятой главе речь на тему освобождения крепостных малороссийского генерал-губернатора князя Н. Г. Репнина, произнесенная перед дворянскими собраниями Полтавы и Чернигова того же года. Благодаря своей редакционной направленности журнал заслужил репутацию первого в России общественно-политического периодического издания.