Стенограмма XII съезда РКП(б) так зафиксировала заключительные слова выступления Х. Г. Раковского: «Товарищи, я заявляю, что союзное строительство пошло по неправильному пути. Как вам известно, это есть мнение не только мое, – это есть мнение Владимира Ильича. Я сигнализировал в специальной докладной записке ЦК о подготовляющейся крупной ошибке еще в сентябре. Товарищи, какой из этого всего вывод? Вывод тот, что мы еще десять резолюций можем писать, но, кроме загромождения библиотек и архивов, это ничего не принесет. Нужно идти по пути практического разрешения вопроса. Тов. Сталин уже здесь внес крупную поправку с двухпалатной системой. Но нужно идти решительно дальше, нужно отнять от союзных комиссариатов девять десятых их прав и передать их национальным республикам. (Аплодисменты)»[999].

В этой же логике и предложения лидера коммунистов Украины создать украинский отдел при ЦК РКП(б), аналогичный по статусу представительству УССР при Совнаркоме РСФСР[1000].

И. В. Сталин же твердо стоял на своем. В заключительном слове по докладу «О национальных моментах в партийном и государственном строительстве» он прежде всего попытался дать по существу на теоретическом уровне отпор Н. И. Бухарину и Х. Г. Раковскому, со стороны которых прозвучали самые серьезные претензии к руководству партии. И. В. Сталин заявил, что «одна группа товарищей, во главе с Бухариным и Раковским, слишком раздула значение национального вопроса, преувеличила его и из-за национального вопроса проглядела вопрос социальный, – вопрос о власти рабочего класса.

А между тем, ясно для нас, как для коммунистов, что основой всей нашей работы является работа по укреплению власти рабочих, и после этого только встает перед нами другой вопрос, вопрос очень важный, но подчиненный первому, – вопрос национальный. Говорят нам, что нельзя обижать националов. Это совершенно правильно, я согласен с этим, – не надо обижать. Но создавать из этого новую теорию о том, что надо поставить великорусский пролетариат в положение неравноправного в отношении бывших угнетенных наций, – это значит сказать несообразность»[1001].

В жесткой логике Генсека следовало «помнить, что, кроме права народов на самоопределение, есть еще право рабочего класса на укрепление своей власти, и этому последнему праву подчинено право на самоопределение. Бывают случаи, когда право на самоопределение вступает в противоречие с другим, высшим правом, – правом рабочего класса, пришедшего к власти, на укрепление своей власти. В таких случаях, – это нужно сказать прямо, – право на самоопределение не может и не должно служить преградой делу осуществления права рабочего класса на свою диктатуру.