Если у нас имеются в составе Союза НКИД, НКВТ и пр. и одновременно имеются все эти наркоматы в республиках, входящих в состав Союза, то выступление всего Союза, как единого государства, перед внешним миром, очевидно, исчезает, ибо одно из двух: либо мы эти аппараты сливаем и перед лицом внешнего врага выступаем, как единый Союз, либо мы этих аппаратов не сливаем, создаем не союзное государство, а конгломерат республик, и тогда у каждой республики должен быть свой параллельный аппарат. Я думаю, что истина здесь на стороне тов. Мануильского, а не на стороне Раковского и Скрыпника»[1025].
Согласившись с некоторыми предложениями, исходившими от Н. А. Скрыпника и Г. Ф. Гринько[1026], И. В. Сталин счел необходимым взять слово и для ответа на вопросы, которые подымались в ходе прений участниками совещания. По существу, весь эпизод свелся к дискуссии только с Х. Г. Раковским. Об этом свидетельствует полная стенограмма, вошедшая в документы совещания и собрание сочинений И. В. Сталина: «Так как на меня напали (смех), позвольте мне ответить насчет «единой неделимой». Никто другой, как Сталин в резолюции по национальному вопросу заклеймил «единую неделимую» в пункте 7-м. Очевидно, речь идет не о «неделимой», а о федерации, тогда как украинцы навязывают нам конфедерацию. Это первый вопрос. Второй вопрос о Раковском. Я повторяю, я это уже сказал раз, что в Конституции, принятой на 1-ом съезде Советов СССР, сказано, что такие-то республики «объединяются в одно союзное государство, – Союз Социалистических Советских Республик». Украинцы прислали в ЦК свой контрпроект. Там сказано: республики такие-то «образуют союз социалистических республик». Выкинуты слова «объединяются в одно союзное государство». Выкинуто тут четыре слова. Почему? Разве это случайность? Где же тут федерация? Я усматриваю зародыши конфедерализма у Раковского еще в том, что он выкинул в известном пункте конституции, принятой 1-м съездом, слова о Президиуме, как «носителе верховной власти в промежутках между сессиями», разделив власть между президиумами двух палат, т. е. сведя союзную власть к фикции. Почему он это сделал? Потому, что он против идеи союзного государства, против действительной союзной власти. Это второе. Третье – в проекте украинцев НКИДел и НКВнешторг не сливаются, а из разряда слитных переводятся в разряд директивных. Вот три основания, по которым я усматриваю в предложениях тов. Раковского зародыши конфедерации. Откуда у вас такое расхождение с текстом конституции, принятым и украинской делегацией? И грузинской, и армянской и азербайджанской, и белорусской на I-м съезде советов Союза в 1922 г.?