Затем Джонсон вместе с высокой медсестрой из Мемориала вошла в палату № 7305. «Это мисс Хацлер», – сказала Джонсон, подойдя к больной, а затем взяла женщину за руку и произнесла про себя короткую молитву. Она старалась не смотреть, что делала медсестра, но все же видела, как та ввела лекарство другой находившейся в палате пациентке, Роуз Савуа, девяностолетней женщине с тяжелым бронхитом и хроническим заболеванием почек. Одна из медсестер «Лайфкэр» впоследствии заявила, что обе пожилые женщины в то утро были в полном сознании, а их состояние в целом можно было назвать стабильным. «Жжет», – тихо пробормотала Роуз Савуа. Опустив глаза, Джонсон увидела, что рука у пациентки была распухшая.

К полудню все девять пациентов «Лайфкэр», остававшиеся на седьмом этаже, включая Роуз Савуа, были мертвы. Райдер и Шафер наконец получили нужного им свидетеля – более того, очевидца.

Вскоре у них появился еще один – в лице патологоанатома Мемориала Джона Скиннера. Как оказалось, ему и директору лаборатории Дэвиду Хайкампу было что сказать по поводу происходившего на седьмом этаже после того, как Джонсон и ее коллеги из «Лайфкэр» ушли. В четверг днем Скиннер и Хайкамп обходили помещения Мемориала, чтобы проверить, все ли покинули больницу, а также записать имена умерших, указав, где находятся их тела. Несколькими днями раньше глава терапевтического отделения Ричард Дейчман и главный администратор Рене Гу попросили Скиннера фиксировать каждый случай смерти пациентов.

Записи Скиннера и Хайкампа и их воспоминания можно было считать важными уликами, позволяющими как минимум установить время смерти тех, кто предположительно был подвергнут эвтаназии.

На седьмом этаже Скиннер и Хайкамп встретили Анну Поу и медсестру Мэри Жо Д’Амико, которую Хайкамп хорошо знал. Они стояли рядом с одной из пациенток, грузной чернокожей женщиной, лежавшей на кровати в коридоре рядом с сестринским постом. Скиннер и Хайкамп не назвали ее имя, но, судя по местонахождению больной и ее описанию, это, вероятно, была Уильда Макманус. Женщина дышала с большим трудом и, как показалось Скиннеру и Хайкампу, находилась без сознания.

Вид больной и хрип, который она издавала, расстроили Хайкампа. В прошлом году точно так же в течение нескольких часов дышала его мать – а потом умерла. Скиннер объяснил, что такое дыхание называется агональным, и заверил, что у пациентов в подобных случаях мозговая активность настолько низкая, что они не испытывают боли.

Скиннеру показалось, что Поу пыталась поставить женщине капельницу, вводя ей в вену катетер и манипулируя клапаном. А потом, когда у нее ничего не вышло, взяла шприц и попробовала сделать ей укол в бедро.