Случай с Майклом Нифоном, говорилось в иске от имени Поу, «демонстрирует, насколько вредными и опасными могут быть внесудебные комментарии прокурорских работников». Симмонс прямо утверждал: многие из обвинений, предъявленных Нифону, могли быть выдвинуты и против Фоти, который выступал с резкой и эмоциональной критикой в адрес арестованных им женщин-медиков из Мемориала и допустил в ходе пресс-конференции необоснованные и скоропалительные высказывания, широко растиражированные прессой.

В иске также указывалось, что Фоти, как и Нифон, пытался заработать политический капитал на резонансном деле в преддверии приближающейся избирательной кампании, рассчитывая, что это повысит его шансы остаться на занимаемой должности. В качестве доказательства Симмонс приложил к иску копию приглашения на коктейль в роскошном новоорлеанском отеле «Виндзор-Корт». Такие приглашения через три дня после арестов по делу Мемориала щедро разослал фонд избирательной кампании Фоти. Каждый желающий принять участие в мероприятии должен был внести 500 долларов. Не исключено, отмечалось в иске, что именно поэтому Фоти так торопил своих подчиненных с арестами, которые, по его замыслу, должны были произойти до коктейля в «Виндзор-Корте».

Для пресс-секретаря Фоти упоминание истории с Нифоном было, пожалуй, даже излишним – она и без того была напугана. Вартелл язык стерла, жалуясь журналистам на то, что фигуранты дела Мемориала, в том числе Поу, могли рассказывать о случившемся в больнице все что угодно, в то время как у сотрудников офиса прокурора были связаны руки: они не имели права говорить о том, какие улики имеются в их распоряжении.

Рик Симмонс не оставлял в покое коронера Фрэнка Миньярда и примерно с десяток сотрудников офисов генерального и окружного прокуроров, то и дело связываясь с ними по телефону. Разговаривая с ними, он методично собирал информацию и выстраивал свою линию защиты. Его токсиколог и патологоанатом были готовы вступить в схватку из-за улик, имевшихся у стороны обвинения.

* * *

Миньярду нравилось общаться с адвокатами, особенно с Риком Симмонсом. Они были родом из одних мест, оба выросли в центре Нового Орлеана. Благодаря этому у них имелось много общего, хотя Симмонс и был значительно моложе. Правда, большинство людей были намного моложе коронера просто в силу его возраста. Миньярд пытался помогать представителям защиты и часто выполнял их просьбы. Он не желал, чтобы считали, будто он работает на полицию или офис прокурора. Ему хотелось иметь репутацию эксперта, всегда остающегося на стороне истины. Он называл свой офис «дворцом правды». Много лет назад он сказал об этом Майку Уоллесу во время интервью для программы «60 минут» и с тех не уставал рассказывать об этом всем и каждому.