Стоя на трибуне и обращаясь к участникам конференции, Анна Поу во всеуслышание заявила, что в Мемориале не было не только водопроводной, но и «чистой» воды, – и это при том, что уже после эвакуации, во время обыска, следователи обнаружили в больнице большой запас бутилированной питьевой воды. Поу попросила участников конференции поставить себя на место тех в Мемориале, кому приходилось решить, кому достанется последняя бутылка воды – медику или пациенту. «Кто должен был ее получить? – вопрошала она. – Кому должна была достаться последняя бутылка питьевой воды?» Между тем такой вопрос в Мемориале никогда не стоял.

«Вертолеты Береговой охраны действительно прибыли, – заявила она, – поздно вечером в четверг». На самом же деле Береговая охрана прислала в больницу вертолеты в четверг рано утром, и этот факт был документально подтвержден пилотами. Об этом прекрасно помнили и сотрудники компании «Лайфкэр», которые, кстати, видели, как Поу готовила лекарства и шприцы, чтобы сделать пациентам уколы. Поу также ни разу не упомянула о том, что вертолеты Береговой охраны прилетали в больницу для проведения эвакуации во вторник днем, в ночь со вторника на среду и в среду утром – несмотря на то что сотрудники Мемориала неоднократно пытались отправить их обратно на том основании, что, по их мнению, вывозить пациентов по воздуху в темноте слишком опасно, а медикам необходим отдых. «И еще я должна отметить одну деталь, о которой прежде не знала: оказывается, вертолеты не могут летать по ночам», – заявила Поу перед многочисленной аудиторией, хотя еще на мероприятии по сбору денег для нее в Хьюстоне один из ее коллег мягко пытался указать ей на ее ошибку.

Возможно, что явные преувеличения, которые Поу допускала, описывая трудности, с которыми пришлось столкнуться сотрудникам Мемориала, не имели такого уж большого значения. Но проблема состояла в том, что, выступая перед медиками по всей стране, она использовала эти истории, а заодно и сам факт своего ареста, чтобы убедить свою аудиторию в необходимости кампании за принятие закона об иммунитете для врачей, который не позволил бы подавать иски против медиков и подвергать их суду за действия, совершенные в чрезвычайных ситуациях. При этом Поу не рассказывала своим слушателям о том, что ее арест был связан с обвинениями в убийстве пациентов, а не с тем, что она разделила пациентов на категории, используя весьма спорную процедуру триажа. Фактически она вообще ни словом не упомянула, что ввела беспомощным пациентам смертельную дозу сильнодействующих препаратов. Выступая перед представителями руководства больниц в Сакраменто, перед чиновниками, разрабатывающими планы действий в чрезвычайных ситуациях, в Чикаго, перед врачами в Техасе или адвокатами в Новом Орлеане, она никак не объясняла принятое ею и ее коллегами решение в четверг, 1 сентября 2005 года, ввести мощные лекарства по меньшей мере девятнадцати тяжелобольным пациентам, которые умерли в то самое время, когда эвакуация людей из Мемориала на вертолетах и лодках была в самом разгаре.