В комнату вошла молоденькая медсестра. Она прижала к щеке кулак с оттопыренным мизинцем и большим пальцем, изображая телефонную трубку. Энн попросила мистера Дивайни подождать.

– Что случилось?

– Вам звонит какой-то Питер. Говорит, он ваш сын. Перевести его на эту линию?

– Да! Что нужно нажать?

Она поспешно распрощалась с мистером Дивайни, испугавшись, что Питер устанет ждать и повесит трубку. Медсестра обошла вокруг стола, нажала на мигающую кнопку и кивнула. Питер был на линии.

В Гилламе Фрэнсис, поставив перед собой чашку чая, перечитал сопроводительное письмо в пятый раз, потом в шестой, потом в седьмой и лишь потом стал звонить Кейт. Лине хватило и одного раза. Фрэнсис смотрел, как она скользит глазами по списку наследников, будто в надежде обнаружить в нем и себя тоже, раз упомянули Фрэнсиса. Дочитав, она сказала, что пойдет прогуляется. Ожидая, пока Кейт возьмет трубку, Фрэнсис заметил свое отражение в дверце микроволновки. Побитый жизнью человек, коряга, которую слишком долго носило по волнам. Его волосы торчали жестким ежиком, на глазу снова была повязка: последний глазной протез оказался менее надежным, чем предыдущие. Не прошло и трех лет, как по контуру радужной оболочки пошла тонкая темная трещинка, и, моргая, Фрэнсис царапал веко. Он не стал заказывать еще протез; каждый новый глаз показывал, как состарилось его лицо с прошлого раза.

– Так и знала, что это ты, – сказала Кейт. – Поверить не могу. Утром мы были в делах по уши и чуть не забыли проверить почту. Что ему тебе-то приспичило завещать?

Кейт явно сгорала от любопытства. Она запыхалась, как будто бежала к телефону с заднего двора.

– Не знаю. Все привезут через несколько дней. Специально упакованное, как сказано в письме.

– Что же это может быть?

Что бы это ни было, Фрэнсис твердо решил его не брать. Если окажется что-то ценное, отдаст Питеру, а если нет – просто выбросит.

– Как Питер?

– Нормально, – ответила Кейт и добавила тише: – Кажется, и правда нормально. Он очень удивился. Нет, Питер не собирался встречаться с отцом, но и что он умрет, тоже никак не ожидал.

Узнав о смерти собственного отца, Фрэнсис чувствовал себя примерно так же.

Он не нуждался в наследстве Брайана, чем бы оно ни было, но все равно стал чаще поглядывать на часы. И ждал почтальона. Прошли среда и четверг. В пятницу принесли пакет, но это были заказанные Линой витамины.

Наконец в субботу прибыл небольшой картонный конверт из Джорджии. Фрэнсис думал, что это будет коробка. Возможно, даже большая коробка. В конверте мог оказаться чек, свидетельство о собственности или ключ от ящика в какой-то камере хранения, которую еще предстояло найти. Брайан наверняка даже не знал, что его собственный сын дослужился до капитана нью-йоркской полиции.