Эта расправа с пленными была задумана партизанами сразу – когда в январе 1920 года они договорились о сдаче с командирами белых частей, находившихся в Никольск-Уссурийском: командиром Конно-Егерского полка полковником Враштилем, командиром 33‐го Сибирского стрелкового полка полковником А. Евецким, и. о. командира Забайкальского казачьего полка есаулом И. Токмаковым и др. Партизаны первым делом создали свою ЧК, которую возглавил А. Г. Гуреев, впоследствии вспоминавший: «Накануне занятия Никольск-Уссурийска… я был назначен начальником военного контроля войск Приморского района, на который возлагалась задача обеспечить изъятие из города офицерства и других контрреволюционных элементов… Эту задачу успешно выполнил, в том числе и мои товарищи: Овчинников, Коршунов, Никольский, Иванов и другие». Большевиком М. К. Огнёвым-Овчинниковым упомянуты еще двое причастных к уничтожению белых: Михайлов и Попов. Офицеров сразу арестовали, и только полковник Враштиль с верными ему солдатами попытался пробиться в Китай, но был разбит партизанским отрядом братьев Кочневых.

Далее Гуреев писал: «…командование войсками Приморского района и начальник Владивостокского ГПУ т. Попов поручили мне немедленно эвакуировать в Хабаровск более трехсот человек задержанных военным контролем белогвардейцев. Это поручение было мною выполнено… свыше трехсот офицеров на мосту реки Хор мною были лично п[е]реданы начальнику Хабаровского ГПУ т. Сократу в распоряжение 2-ой Амурской армии»[1948]. Вероятно, основное число арестованных было казнено в укромных местах, и современники узнали о судьбе только части этих людей. Один из эмигрантов вспоминал: «Только одному из 123 человек, случайно недобитым сброшенному в реку, удалось спастись, добраться до кустов на берегу и затем, вместе с найденными потом трупами, поведать миру о той бойне, которая имела место на мосту р[еки] Хор в ночь… под Пасху 1920 г[ода]»[1949].

А. Е. Понамарёв оставил такие воспоминания:

На станции Верино[1950] долго обсуждали план выполнения приговора, так как их (жертв. – А. Т.) было много. Чтобы скрыть следы, решили отправить на р[еку] Хор, где и привести приговор в исполнение. Для того чтобы не подать виду арестованным, что их уничтожают, мы перевели их в один вагон, в другом происходило заседание военно-полевого суда. Приводят арестованного, товарищ [И. А.] Холодилов зачитывает приговор суда, товарищ Челныков наставляет в лоб «Браунинг», а остальные товарищи по очереди сидят с молотками, весом фунтов по 20, не показывая вида, до окончания приговора, а по прочтении приговора, один из них ударяет и, таким образом, [все происходит] без звука и не наводя шум. Таким образом, с 12 часов ночи до 5 часов утра все эти 120 человек были спущены в реку[1951].