На станции Верино[1950] долго обсуждали план выполнения приговора, так как их (жертв. – А. Т.) было много. Чтобы скрыть следы, решили отправить на р[еку] Хор, где и привести приговор в исполнение.

Для того чтобы не подать виду арестованным, что их уничтожают, мы перевели их в один вагон, в другом происходило заседание военно-полевого суда. Приводят арестованного, товарищ [И. А.] Холодилов зачитывает приговор суда, товарищ Челныков наставляет в лоб «Браунинг», а остальные товарищи по очереди сидят с молотками, весом фунтов по 20, не показывая вида, до окончания приговора, а по прочтении приговора, один из них ударяет и, таким образом, [все происходит] без звука и не наводя шум. Таким образом, с 12 часов ночи до 5 часов утра все эти 120 человек были спущены в реку[1951].

Офицеров среди убитых была едва половина; остальные – унтеры, рядовые, чиновники, священник, сельские милиционеры, рабочие, гимназисты и кадеты Хабаровского корпуса. Но следует учесть, что поименованный среди казаков П. Г. Баранов на самом деле являлся подъесаулом[1952]. Не исключено, что гражданскими и рядовыми из соображений безопасности записали себя и другие офицеры. Враштиль был подвергнут мучительной смерти: все его тело было исполосовано кнутом, суставы на пальцах рук поломаны и оторваны, половые органы вырезаны. Двое сброшенных пришли в себя в ледяной воде и смогли выплыть на берег, но спасся только канонир А. Н. Булатов. В убийствах участвовали отряд особого назначения чекиста Г. Е. Сократа (Поповича) и Краснопаева, а также коммунистическая рота Баренова, но по горячим следам основным виновником называли командира одного из отрядов Иванова. По мнению исследователя истории русского офицерского корпуса С. В. Волкова, партизанами было убито 129 пленников[1953].

Комиссия по расследованию хорских событий работала до октября 1920 года; 27 июня она вместе с 29 родственниками пропавших офицеров выехала к месту трагедии, где в июле было обнаружено 26 трупов, из которых 10 удалось опознать. Обнаружить виновных комиссии не удалось. Из мемуаров известно, что Иванов командовал партизанами, вошедшими в Хабаровск в начале 1920 года. В результате японской атаки 4–5 апреля того же года партизаны потерпели жестокое поражение, после чего деморализованный Иванов отказался подчиняться приказам и был быстро ликвидирован.

Командующий войсками демаркационной линии Приморской области И. Г. Булгаков-Бельский 7 июня описал председателю Временного правительства Приморского края А. С. Медведеву свою версию хорских событий, уверяя, что не имеет о них никаких полезных сведений, а об Иванове сообщая, что тот еще 1 мая «…за самочинные действия был предан Военно-Полевому суду, последним приговорен к смертной казни и приговор 2‐го Мая был приведен в исполнение». «Судьба же Никольских офицеров, – продолжал Булгаков-Бельский, – остается для меня неизвестной и до сего времени, т[ак] к[ак] в документах[,] отобранных у Иванова[,] об означенных офицерах ничего не имеется». Далее он цинично утверждал, будто «не допускает мысли, чтобы офицеры были уничтожены», поскольку сам ранее якобы предлагал им (в частности, полковнику Евецкому) ответственные посты в армии[1954].