Все циркуляры с требованиями перевоспитания и угрозами наказания не повлекли реального изменения политики, так что в разных концах Сибири долгое время действовали сотни подобных комячеек. За самосуды их подвергали партийным взысканиям, хотя иногда власти были вынуждены распускать целые волостные организации РКП(б). Нэп разъярил сельских люмпенов, до того бесплатно живших за счет внутриволостного перераспределения «излишков», выколачиваемых из зажиточного крестьянства. Томская ДТЧК (дорожно-транспортная ЧК) в сводке за 15–31 марта 1921 года, употребляя такие слова, как «остроумно» и «проделки», констатировала массовые убийства со стороны партизан М. Х. Перевалова и сельских партийцев, особенно Итатской комячейки, где даже чекистов местного уездного политбюро считали «негодным элементом» и желали расстрелять за слабую борьбу с «гадами»:

За данный период в районе Боготола–Ачинска участились случаи таинственного исчезновения людей и убийства. …Выяснилось, что местные красные партизаны совместно с комячейками после освобождения бывших контрреволюционеров [19]18–[19]19 года Октябрьской амнистией начали освобожденных тайно похищать и убивать. Эти «террористы» вполне убеждены, что они… должны это делать ради пользы дела, указывая на то, что все контрреволюционеры, освобожденные по амнистии… должны опять ловиться и сажаться по тюрьмам[,] и, чтобы снова их не освобождать и не заводить лишнюю канитель… они в силу сложившихся обстоятельств начали применять… «террор». Метод увоза контрреволюционеров обставлялся довольно остроумно. Въезжали на лошадях несколько вооруженных человек, арестовывали нужных к уничтожению и увозили. После этого местная комячейка в целях [якобы] защиты организовывала отряд и ехала вдогонку, происходила дутая перестрелка, после чего комячейка безрезультатно возвращалась. Здесь надо отметить, что в большинстве случаев гибли люди из‐за личных счетов и совершенно не принадлежавшие к приспешникам контрреволюции. За данный период зафиксировано в лесу около 70 трупов, такой же способ был применен… [в] отношении начальника станции [Итат В. Ф.] Михайловича и нескольких железнодорожных служащих. Крестьяне первое время к таким исчезновениям относились с недоумением, не зная[,] чем это объяснить, но теперь они ясно понимают эти проделки и страшно возмущены на власть, так как участниками [убийств] являются красные партизаны и комячейки[2763].

За данный период в районе Боготола–Ачинска участились случаи таинственного исчезновения людей и убийства.

…Выяснилось, что местные красные партизаны совместно с комячейками после освобождения бывших контрреволюционеров [19]18–[19]19 года Октябрьской амнистией начали освобожденных тайно похищать и убивать. Эти «террористы» вполне убеждены, что они… должны это делать ради пользы дела, указывая на то, что все контрреволюционеры, освобожденные по амнистии… должны опять ловиться и сажаться по тюрьмам[,] и, чтобы снова их не освобождать и не заводить лишнюю канитель… они в силу сложившихся обстоятельств начали применять… «террор». Метод увоза контрреволюционеров обставлялся довольно остроумно. Въезжали на лошадях несколько вооруженных человек, арестовывали нужных к уничтожению и увозили. После этого местная комячейка в целях [якобы] защиты организовывала отряд и ехала вдогонку, происходила дутая перестрелка, после чего комячейка безрезультатно возвращалась. Здесь надо отметить, что в большинстве случаев гибли люди из‐за личных счетов и совершенно не принадлежавшие к приспешникам контрреволюции.