Но вокруг никого не было.

На рассвете, провалившись наконец в более глубокий, если не спокойный сон, я почувствовала, что свисаю с края скалы над водопадом, мысленно повторяя снова и снова: держись! не упади! И тут я проснулась.

– Кто здесь? – спросила я, чувствуя чье-то присутствие. Вокруг было очень тихо, сквозь шторы в комнату пробивался нежный утренний свет, и все же мне казалось, что я здесь не одна.

– Здесь кто-то есть? – спросила я снова, но мне никто не ответил. Я откинулась на подушку и закрыла глаза.

И тогда я услышала голос, прошептавший мне на ухо:

Случится что-то ужасное.

7

Я пронеслась по темным коридорам второго этажа и сбежала вниз по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступенек. Входная дверь была открыта, и после мучительной ночи я была рада оказаться на ярком свету.

– Зили! – крикнула я, надеясь, что еще успею спасти ее. Выбежав на улицу босиком, в ночной сорочке, я повернула направо и увидела ее: она загружала чемоданы в багажник нашего старого «Хадсона». Она была причесана и надушена; ее волосы были заколоты наверх, и лишь несколько завитых прядей живописно спадали на плечи. На ней было платье с маргаритками, вышитыми по всему подолу; на шее – зеленые бусы.

– Я хотела уехать, пока ты еще спишь, – сказала она, увидев меня. В ее голосе слышалось раздражение. – Так всем было бы проще.

Ключи от машины лежали на крыше. Я подошла к «Хадсону» и схватила их, пока она занималась чемоданами.

– Что, твой любовник поленился приехать за тобой?

– Я сказала ему не приезжать. Сестра Сэма попросит кого-нибудь привезти автомобиль обратно.

– Ты же не умеешь водить.

– Все я умею. Отдай ключи.

Я отказывалась возвращать ей ключи, крепко зажав их в руке и прижав к груди.

– Зачем ты это делаешь?