Наконец 10 ноября — 1 декабря 1960 года в Москве состоялось новое Совещание представителей коммунистических и рабочих партий[554], на котором китайская делегация, возглавляемая Лю Шаоци и Дэном Сяопином, сразу потребовала исключить из всех его документов ссылку на историческое значение XX съезда КПСС. Однако столь грубый антисоветский демарш китайских представителей был отклонен всеми 80 участниками этой встречи, за исключением Энвера Ходжи — лидера Албанской партии труда, уже давно и прочно вставшей на позиции «маоизма». В этой весьма пикантной ситуации, дабы не оказаться в полной изоляции от братских компартий, китайские «товарищи» были вынуждены подписать итоговое «Заявление», принятое в конце работы Совещания. Более того, Лю Шаоци и Дэн Сяопин по предложению советской стороны совершили очередную рабочую поездку по ряду республик и городов Советского Союза и даже дважды были приняты лично Н. С. Хрущевым и А. И. Микояном[555]. Однако все эти поездки и встречи оказались уже «последней ласточкой» добрососедских отношений двух великих держав.

9. Отношения с США и новый виток Берлинского кризиса 1958–1961 гг

9. Отношения с США и новый виток Берлинского кризиса 1958–1961 гг

Следует сказать, что нарочитая решимость высшего советского руководства нанести превентивный ядерный удар по столицам двух ведущих европейский держав в период Суэцкого кризиса серьезно напугала противную сторону. Хотя, как позднее уверял министр иностранных дел Д. Т. Шепилов, на Президиуме ЦК было принято твердое решение ни в коем случае не вмешиваться в Ближневосточный конфликт вооруженной силой, а лишь нарочито грозными нотами советского правительства за подписью Н. А. Булганина в адрес Лондона, Парижа и Тель-Авива, о которых мы уже писали выше, оказать сильное психологическое давление на руководство всех стран-агрессоров[556]. Однако уже в начале декабря 1956 года Совет НАТО одобрил новую стратегию альянса, составными частями которой стали следующие ключевые решения. Во-первых, о создании довольно крупных и комбинированных по своему составу сухопутных частей и соединений на Европейском континенте, способных реально сдержать любой гипотетический удар со стороны Советского Союза и его союзников по ОВД. И, во-вторых, об ограничении своей же доктрины «массированного воздействия» и невозможности применения ядерного оружия даже в небольших по масштабу локальных военных конфликтах. Кроме того, американцы заморозили свое участие в переговорах с советской стороной об ограничении всех ядерных испытаний, которое было предложено Н. С. Хрущевым и Н. А. Булганиным еще на Женевской конференции в июле 1955 года, и стали гораздо более активно и все больше склоняться к идее предоставления ключевым европейским партнерам по НАТО реального доступа к американскому ядерному потенциалу в чрезвычайных обстоятельствах.