— Слушай, а ты не помнишь, — поджимая ноги под себя и удобнее устраиваясь на диване, спросила она, — конкретно, кого называла менеджер Милавиной?

— Вера, — взмолился Фролов, — я же шел домой и есть хотел до обморока, а ты меня…

— А я тебя, любимый, — проворковала она, — накормила разговорами, я же писатель. Но крик желудка услышан, иду на кухню, а ты постарайся вспомнить имена конкурентов.

— Господи, Вера, зачем?! — донесся вслед его голос. — Неужели ты действительно хочешь заняться расследованием, ведь это глупо!

Фролов плеснул себе в стакан джина.

«Черт, фамилии-то известные! — стал припоминать он. — А! Лонцова — фирменные магазины «Мариола Баят», потом этот… совладелец «Елисаветинского» Раздорский и Неклинов — сеть бутиков «Нарцисс».

Когда Вера появилась с подносом в руках, он воскликнул:

— Вспомнил. Лонцова, Раздорский и Неклинов.

— Молодец! — похвалила она. — Вот при следующей встречи с Терпуговым ты, как, в общем-то, его знакомый, намекни ему, что он уже потянул за единственно верную ниточку и вспугнул преступника. Тот решил сделать контршаг, чтобы запутать следствие и переключить подозрение на другого, а именно на Пшеничного. Вот почему была убита Милена! Понял?

Фролов, одновременно пережевывая рыбное филе и невероятную версию Астровой, выразил несогласие:

— Нет, невозможно, убить совершенно невинного, непричастного к делу человека, тем более женщину, только для того, чтобы отвести от себя подозрение.

— Ах! Ах! Скажите, пожалуйста, женщину! — в сердцах бросила салфетку на стол Вера. — А какая разница? Женщину или мужчину? И тот и другая — Хомо сапиенс.

— Ну как же? Женщина беззащитнее, слабее…

В глазах Веры отразилось глубокое сожаление о столь устаревшем восприятии действительности Фроловым.

— Беззащитнее, слабее! — передразнила она. — Да ты посмотри на этих беззащитных! Как они толкаются в метро. Как хамят. Как давят машинами пешеходов. Как расправляются с конкурентами. Как рвутся к власти. Так что, кого убили, мужчину или женщину, значения не имеет.

— Но все равно, зачем убивать Пшеничную? Только затем, чтобы подозрение пало на ее брата?

— Ну а я что тебе только что говорила? Конечно! Они, он… Черт их знает! Убрали Милавину, подставив следствию удобного со всех сторон фигуранта, Олега Пшеничного. Но вот только Терпугов не попался на эту приманку, видно, он все-таки не такой уж слабый профессионал, приношу свои извинения. И он каким-то образом вышел на настоящего преступника, пока еще, может быть, неосознанно, но преступник заволновался и, чтобы окончательно, как он думает, погубить Пшеничного, убил его сестру.