Глубину революционных изменений в арктической логистике можно понять, сопоставив схемы транспортного освоения российской Арктики в вековой ретроспективе. В российской истории периоды открытости морской Арктики для международной экспедиционной и торговой деятельности (например, в XVI в. деятельность «морской» Лондонской Московской компании) чередовались с десятилетиями, когда правительственным указом было запрещено использовать арктический морской путь (например, в XVII в. указ царя Михаила Романова запрещал торговое мореплавание между Архангельском и Мангазеей, чтобы не пускать голландцев и англичан). Запрет или ослабление освоения Арктики с моря коррелировали с интенсификацией сухопутного освоения Сибири и Севера с запада и юга.
Эти «качели» северной морской и южной сухопутной схемы проникновения в периферийные территории России для ресурсного освоения были связаны с периодами потепления или похолодания климата в Арктике (
Так, героические эпопеи 1930‐х гг. (экспедиция Отто Шмидта на ледокольном пароходе «Александр Серебряков» 1932 г., сквозные транспортные операции из Ленинграда во Владивосток за одну навигацию 1935 г. и др.) были связаны с положительными климатическими аномалиями; с другой стороны, период 1950–1980‐х гг., когда таких аномалий уже не было, характеризовался масштабным освоением ресурсов сухопутных пространств Севера и Сибири. В этой схеме освоения формировалась сухопутная производственно-транспортная система: с юга к месторождениям прокладывалась постоянная автомобильная или железная дорога, была реализована масштабная программа трубопроводного обустройства новых уникальных месторождений нефти и газа Западной Сибири. Единственным исключением был комбинат «Норильский никель», в котором закрепилась морская схема круглогодичного вывоза концентрата из Дудинки в Мурманск с использованием атомных ледоколов.
При наличии альтернативных сухопутного и морского пути вывоза конечной продукции приоритет однозначно отдавался первому, который считался более безопасным: морская среда, тем более в Арктике, всегда означает неопределенность, риски, и в советское время идти на такие схемы могло стать опасным для карьерного продвижения по службе.