Д. Рикардо был первым, кто строго сформулировал три установленных выше закона. Но его трактовке последних имманентны следующие недостатки.

Во-первых, те особые условия, при которых действуют эти законы, он считал естественными, т. е. само собой разумеющимися, всеобщими и исключительными условиями капиталистического производства. Поэтому Д. Рикардо не принимал во внимание происходящих изменений ни в длине рабочего дня, ни в интенсивности труда, вследствие чего производительная сила труда становилась для него единственным переменным фактором.

Во-вторых, подобно всем другим буржуазным экономистам, Д. Рикардо никогда не исследовал прибавочную стоимость как таковую, т. е. независимо от ее особых форм, каковыми являются прибыль, земельная рента и т. д. Именно «эта вторая неправильность внесла в его анализ ошибки гораздо более значительные, чем первая. Законы, касающиеся нормы прибавочной стоимости, он непосредственно сваливает в одну кучу с законами нормы прибыли. Между тем, как уже было сказано, норма прибыли есть отношение прибавочной стоимости ко всему авансированному капиталу, тогда как норма прибавочной стоимости есть отношение прибавочной стоимости к одной лишь переменной части этого капитала»[599]. Допустим, что авансированный капитал (К) разделяется на две части: постоянный капитал, воплощенный в средствах производства (средства труда, сырье и т. д.), и составляющий 400 ф. ст. (С), и переменный капитал, затраченный на заработную плату, равную 100 ф. ст. (V); допустим также, что прибавочная стоимость=100 ф.  ст. Тогда норма прибавочной стоимости  =100 %. Между тем норма прибыли. Кроме того, очевидно, что норма прибыли может зависеть от других обстоятельств (факторов), не оказывающих никакого влияния на норму прибавочной стоимости. Они рассматриваются К. Марксом в третьем томе «Капитала», где показано, что «при определенных обстоятельствах одна и та же норма прибавочной стоимости может выражаться в самых различных нормах прибыли и различные нормы прибавочной стоимости – в одной и той же норме прибыли»[600].

II. Рабочий день и производительная сила труда постоянны, интенсивность труда изменяется

Повышение интенсивности труда предполагает, как известно, увеличение затрат абстрактного труда в течение одного и того же промежутка времени. Поэтому более интенсивный рабочий день всегда воплощается в большем количество продуктов, чем интенсивный рабочий день той же продолжительности. Правда, и при повышении производительной силы труда тот же самый рабочий день также доставляет больше продуктов. Но в последнем случае понижается стоимость единицы продукта, так как этот продукт стоит меньше труда, чем раньше; напротив, в первом случае стоимость единицы продукта остается неизменной, так как этот продукт стоит того же самого труда, что и раньше. При данных условиях количество продуктов возрастает здесь, не вызывая понижения их стоимости и соответственно цены. Вместе с ростом их количества растет и сумма их цен, тогда как при повышении производительной силы труда та же самая сумма стоимости выражается в возросшей массе этих продуктов. «Таким образом, при неизменном количестве рабочих часов более интенсивный рабочий день воплощается в более высокой вновь созданной стоимости, а следовательно, если стоимость денег не изменяется, – в большем количестве денег. Вновь созданная в течение рабочего дня стоимость изменяется с отклонением его интенсивности от нормального общественного уровня. Тот же самый рабочий день выражается теперь уже не в постоянной, как раньше, а в переменной вновь созданной стоимости, как, например, двенадцатичасовой день повышенной интенсивности в 7 шилл., 8 шилл. и т. д. вместо 6 шилл., в которых выражается двенадцатичасовой рабочий день обычной интенсивности.»[601]