Однако, «при таком определении «затрат» вообще непонятно, откуда берется разница между выручкой и издержками. Доказать, что она существует – вот наша первая задача. Кратко наш вывод можно сформулировать следующим образом: в рамках кругооборота общая выручка – мы оставляем в стороне монопольную прибыль – едва-едва покрывает все издержки. Имеются производители, которые не имеют ни прибылей, ни убытков. А их доход представляет собой плату за управление. Поскольку осуществляемые в процессе развития новые комбинации неизбежно должны быть выгоднее старых, то общая выручка здесь превышает общую выручку (Gesamterlos), получаемую в условиях статичной экономики, и, следовательно, превышает издержки»[651].

Такова, по мнению Й. Шумпетера, суть «защитного аргумента», который «разрушает экономический аппарат» Марксовой теории прибавочной стоимости. Но увы, этот «аргумент» свидетельствует не столько о «разрушении экономического аппарата» этой теории, сколько о сознательной фальсификации ее ключевых положений. Во-первых, прибавочная стоимость неизбежно возникает как в условиях статичной, так и нестатичной экономики (простого и расширенного воспроизводства, по терминологии К. Маркса), в противном случае она вообще не могла бы функционировать и развиваться. Во-вторых, разумеется, в капиталистической экономике масса прибавочной стоимости не остается неизменной: она может либо возрастать, либо понижаться (в зависимости от общеэкономической и рыночной конъюнктуры), но это вовсе не означает, что сама по себе прибавочная стоимость имеет здесь тенденцию к исчезновению, правда, поскольку имеет место ее существование, то она вновь и вновь возникает (заметим, такая трактовка есть не что иное, как грубое искажение сущности закона тенденции нормы прибыли к понижению), ибо при наличии такой тенденции на самом деле разрушается действительная основа существования этой экономики. В-третьих, объектом сделки между капиталистом и наемным рабочим (при заключении контракта) является не труд как таковой (ибо он в этот момент не существует), а рабочая сила, а потому трудовая теория стоимости не нуждается в каком-либо «спасении». В-четвертых, автор (как и его предшественники) неправомерно отождествлял прибавочную стоимость с одной из ее особых (превращенных) форм – предпринимательской прибылью, игнорируя при этом другие ее подобные формы, например, ссудный процент и земельную ренту (последние автор включал в состав издержек, или затрат, предприятия). В-пятых, прибавочная стоимость, или предпринимательская прибыль, трактовалась автором как вознаграждение предпринимателя за труд и премия за риск, т. е. как своеобразная «заработная плата», которая в действительности не имеет ничего общего с первой. В-шестых, издержки (затраты) предприятия сами по себе не имеют никакого отношения к созданию стоимости, а следовательно, и прибавочной стоимости. В-седьмых, источником возникновения прибавочной стоимости служат отнюдь не новые комбинации факторов производства (они являются лишь условиями образования относительной прибавочной стоимости), а прибавочный труд рабочих, воплощенный в производимых товарах.