Что я натворила?

Все случившееся – моя вина.

Зачем я здесь?

Что я делаю со своей жизнью?

Я встаю и решительно отодвигаю стул. Все сидят в гостиной, так что никто не видит, как я бегу в кабинет, заталкиваю в рюкзак толком не просохшую одежду и натягиваю свитер. Никто не видит, как я закидываю рюкзак на спину и волочу чемодан по коридору. Никто не видит, как я открываю дверь и ухожу, ни с кем не попрощавшись.

•

На улице по-прежнему льет дождь, причем такой сильный, что я почти ничего не вижу. Мир скрыт за серой пеленой, отчего возникает ощущение, будто я никак не могу очнуться от кошмара. Или это затянувшаяся фантазия? Я уже ничего не понимаю.

Стоит мне выйти на пустую дорогу, как чемодан плюхается в лужу и волна грязной воды заливает ботинки и носки. Я озадаченно гляжу по сторонам – лужам нет ни конца ни края. Может, таксистка не обманула, и на землю действительно обрушился потоп. За дорогой стоят несколько коттеджей, но за ними виднеются только затянутые дождевой дымкой поля. Кажется, в мире уже не осталось людей, и он медленно погружается под воду.

Я останавливаюсь.

Что я делаю?

Куда иду?

Кто я без «Ковчега»?

Я вытаскиваю из кармана телефон. После двух гудков в трубке слышится мамин голос:

– Алло?

Я вытираю залитые дождем глаза. Даже не думала, что так по ней соскучилась.

– Привет, мам, это я.

Интересно, она до сих пор злится? Будет на меня кричать? Я надеялась, что трубку возьмет папа.

– Фереште. – Мама ждет, что я скажу что-нибудь, но я молчу. – Я думала, ты вернешься только завтра.

Ноги вдруг становятся ватными – мне бы присесть, да негде.

– Мам, я не знаю, что делаю, – вдруг вырывается у меня.