– Она читает Теилим, – сказал Натан шепотом, что было излишним, потому что в кухонном отсеке, стоя к Милене спиной, Фридочка так громыхала сковородками, тарелками и приборами, что священной тишиной даже близко не пахло.

Тем не менее Миша из Чебоксар, проявивший внезапный и не присущий ему интеллектуальный интерес, также шепотом спросил:

– Это че еще за хрень?

– Это Псалмы царя Давида, а не хрень, – терпеливо объяснил Натан Давидович. – Когда случается что-то плохое, читают подходящую главу и таким образом обращаются к Богу за помощью. Но можно и просто так читать, когда случается не плохое, и вообще, когда хочется помолиться.

– Ну че, помолимся, братаны, – серьезно сказал Миша, – чтобы Арт не подох. Че надо говорить?

Все с большим удивлением посмотрели на Мишу.

– Че уставились? – проворчал Миша, проявляя неожиданный гуманизм. – Он, конечно, лошара и за базар не отвечает, но все равно человек.

– Человек, – согласился Натан и решительно подошел к Милене.

– Доброе утро, Милена Владимировна. Его не нашли?

– Нетушки, – вместо Милены ответила Фридочка и с яростью плюхнула огромный омлет со сковородки на тарелку. – Ешьте.

Чем усугубила волнение присутствующих, поскольку завтракали мы всегда и железно в столовой, а ничто не пугает так, как нарушение привычного распорядка дня. Казалось, что со вчерашнего вечера всяческий порядок был нарушен безвозвратно.

Мы ели молча, несмотря на то, что вопросы жалили язык. Милена тоже села за стол, но к пище не притронулась. Фридочка уминала овощи за обе щеки, громко и негодующе хрустя огурцами и луком, как будто они были в чем-то виноваты.

Перемасленный омлет и пересоленный салат закончились, но никто не решался встать из-за стола.

– Сотрите с рожиц эти скорбные выражения, деточки, – не выдержала домовая, – мы не на похоронах. Никуда Арт не денется.

– А если денется? – угрюмо спросил Миша.

– А если денется… надо было раньше думать. – Фридочка выдернула тарелку из-под Мишиного подбородка. – Что это за группа, которая создает себе козла отпущения?

– Никакого козла мы не создавали, – возмутилась Алена. – Вам прекрасно известно, что Арт сам изначально всех гнобил и унижал. Из-за него Юру чуть не выгнали. Это его вина, что теперь с ним никто не хочет общаться, даже его лучшие друзья и бывшая девушка. Скажи ей, Влада!

Но Аннабелла ничего не сказала, и по ее лицу сложно было понять, о чем она думает. Она и ночью с нами не разговаривала. Пошла себе спать как ни в чем не бывало.

– Блин, – выдал Миша, – это нереально, что его до сих пор не нашли. Он стопудово бухает за курами.