Работая над новыми иллюстрациями к «Калевале», я изъездил вдоль и поперек всю обширную террито­рию Русского Севера — Ладогу, Онего, Баренцево мо­ре, реку Онегу, Кольский полуостров и Канин Нос, ле­са и тундру. Всюду я старался высмотреть все, что со­хранилось от старого уклада жизни, от традиционной материальной культуры. Особенно большое значение имели для меня две поездки в Финляндию, благодаря которым я смог увидеть в музеях собрания финской ма­териальной культуры. Там мне подарили много пре­красных изданий по этнографии и народному искусст­ву. Кроме того, я все время всматривался в людей, в их лица, внимательно рассматривал пейзажи Финлян­дии.

Вот такая основа была у меня при работе над «Калевалой».

В заключение могу сказать, что я считаю себя счаст­ливым человеком, потому что нашел в своей жизни произведение, которое полюбил и которое соответству­ет моим представлениям о правде, справедливости, по­этичности и красоте. Я очень желал бы, чтобы судьба дала мне возможность и в третий раз иллюстрировать «Калевалу»».

После того состоявшегося десять лет назад нашего разговора Мюд Мечев стал еще более известен в Суо­ми. Его работы демонстрировались на финляндских выставках. Последняя выставка «Иллюстрации к хро­нике Нестора»[13] состоялась в Хельсинки в 1989 году. А в 1988 году Мюд Мечев был избран членом-коррес­пондентом Академии художеств СССР.

В последние годы Мечев, наряду с основной работой в изобразительном искусстве, всерьез занялся также литературой, реализуя таким образом мечту молодости. В 1987 году журнал «Север» опубликовал один рассказ Мюда Мечева — прекрасный образец его писательского дарования, а в 1989 году в издательстве «Карелия» вы­шла его книга «Портрет героя» о жизни подростка в Москве в годы войны.

МУЗЕИ, ТЕАТР, МУЗЫКА

МУЗЕИ, ТЕАТР, МУЗЫКА

КРАЕВЕДЧЕСКИЕ МУЗЕИ

КРАЕВЕДЧЕСКИЕ МУЗЕИ

Приезжая в Петрозаводск, я всегда охотно посе­щаю здешний краеведческий музей. Музей был открыт еще в 1871 году в доме губернатора Олонецкой губер­нии. Но с 1936 года он занимает построенное в 1832 го­ду здание Александро-Невского собора, которое было специально переделано для этой цели.

В январе 1985 года, когда я знакомился в музее с выставкой, посвященной 150-летию «Калевалы», мое внимание привлек бюст Архиппы Перттунена, приобре­тенный музеем в предшествующем 1984 году. Этот бюст изготовлен в Ленинграде по анатомо-антропологическо­му методу с применением рентгеносъемки по останкам, выкопанным из могилы Архиппы на ладвозерском ост­рове Калмосаари.

Впервые я познакомился с краеведческим музеем еще при первой моей поездке в Петрозаводск в июле 1957 года. Однако особенно мне запомнилось посеще­ние музея 4 апреля 1966 года, когда я пришел туда с группой моих студентов-практикантов. Наш экскурсо­вод, Николай Гринин, уроженец деревни Святнаволок, превосходно рассказал нам об этнографических досто­примечательностях музея. Позднее Гринин работал в музее «Кижи», а с 1972 года до конца своей жизни был ответственным секретарем редакции журнала «Пу­налиппу».

Многих финнов, наверное, заинтересовал бы и музей народных музыкальных инструментов, открытый в здании Музыкального училища на улице Свердлова в Петрозаводске. Студенты училища совершили за по­следние годы ряд фольклорных экспедиций во все края Карелии и привезли немало разных старинных инстру­ментов. Во время экспедиций они также записывали на магнитофон народную музыку.

В прионежском селе Шелтозеро в 1967 году был открыт музей вепсской культуры. Инициатором и осно­вателем его стал совхозный слесарь и сварщик Рюрик Петрович Лонин, родившийся 22 сентября 1930 года в деревне Каскесручей. Увлечение музейным делом по­явилось у него, когда он, движимый интересом к тради­циям и фольклору своего народа, начал в свободное от работы время записывать произведения устного народ­ного творчества. В 1964 году Лонин приступил к целе­направленному сбору старинных предметов крестьян­ского труда и быта. Вскоре вещей набралось столько, что дома у него уже некуда стало их складывать. В 1967 году Лонину для хранения экспонатов выдели­ли две комнатки в здании сельской библиотеки, но и они тоже быстро заполнились, тем более что многие односельчане и школьники поняли значение своего на­родного музея и начали приносить вещи. 1 января 1980 года Шелтозерский музей преобразован в отдел Карельского краеведческого музея. Рюрик Петрович Лонин переведен из совхозных мехмастерских в музей на должность научного сотрудника. Теперь у него есть помощница в музейной работе — местная вепсянка Людмила Ивановна Чуркина; она, вместе с Лониным, в июле 1988 года с большим знанием дела продемонст­рировала фонды музея нашей финско-советской кино­группе. В настоящее время в музее хранится уже около пяти тысяч экспонатов.

Долгие годы музей ютился в тесных неприспособ­ленных помещениях. Только в 1989 году положение из­менилось к лучшему: музей переехал в дом Мелькина — один из самых красивых в Шелтозере, построенный еще в первой половине XIX столетия. Лонину и его едино­мышленникам удалось добиться реставрации дома, и теперь все здание, вплоть до наличников, резных причелин и балконов, имеет совершенно такой же вид, ка­ким оно было прежде. С 1980 года шелтозерскнм музе­ем руководит местный уроженец, вепс Александр Мак­симов.

В Калевале тоже имеется свой маленький краевед­ческий музей, находящийся в здании бывшего Дома культуры.

Некоторые деятели культуры Карелии в беседах со мной высказывали прекрасную идею о создании ка­рельского дома-музея, который следовало бы открыть в Пирттилахти — перевезти туда какой-нибудь старый крестьянский дом с амбарами, баней, хозяйственным снаряжением и домашней утварью — со всем, что при­нято было иметь в карельском доме. Эта мысль давно уже витала в воздухе, высказывалась она и печатно, на­пример, такими страстными патриотами своего края, как Пекка Пертту и Матти Пирхонен.

ТЕАТР, СПЕКТАКЛИ, АРТИСТЫ

ТЕАТР, СПЕКТАКЛИ, АРТИСТЫ

Долгое время у меня в рукописи «Этюдов» не было практически ни слова о Финском драматическом теат­ре, так как я полагал, что слишком мало знаю о его деятельности. Однако пробел этот не давал мне покоя, потому что в жизни финского и карельского населения Петрозаводска и всей Карелии именно национальный театр является одним из важнейших культурных цент­ров. К тому же в какой-то степени я все же знаком с театром, не раз бывал на его спектаклях, читал о нем, беседовал с его главным режиссером Тойво Хайми, а также с Владимиром Богачевым, который тоже рабо­тал в этом театре.

В Советской Карелии уже в 1920-х годах активно действовали довольно многочисленные кружки театраль­ной самодеятельности. В 1929 году тогдашнее прави­тельство Карельской республики приняло решение о со­здании национального театра и для начала направило в Ленинград группу молодежи в театральное училище. В состав группы входил Рагнар Нюстрем (Руско), ко­торый родился в Хельсинки 7 сентября 1898 года» уча­ствовал в «красном бунте» (в революции 1918 года), затем пришел в Карелию. В училище он и сам учился, и других обучал: изучая режиссерское дело, препода­вал технику речи. В 1932 году Нюстрем и его товарищи закончили учебу и, вернувшись в Петрозаводск, стали костяком театральной труппы, в которую был преобра­зован руководимый Гуно Севандером любительский драмкружок. Севандер, родившийся в Оулу в 1898 году, в 1931 году приехал в Карелию из США, где он уже участвовал в театральной самодеятельности финских эмигрантов. В октябре 1932 года петрозаводский театр, главным режиссером и художественным руководителем которого стал Рагнар Нюстрем, открыл свой первый се­зон премьерой спектакля по пьесе Бориса Лавренева «Разлом».

Репертуар петрозаводского театра с самого начала стал складываться в духе революционной романтики и социалистического строительства. Причиной такого по­ложения явилось, вероятно, то обстоятельство, что зна­чительная часть работников театра принимала участие в революции и гражданской войне, а к ним еще приба­вились те, кто приехал позднее строить социализм из Финляндии и Америки.

В 1930-х годах театр ставил кроме «Разлома» такие пьесы, как «Оптимистическая трагедия» Всеволода Виш­невского, «Любовь Яровая» Е. Тренева, «Гибель эскад­ры» А. Корнейчука — итого четыре спектакля на темы революции; впрочем, названные пьесы шли в то время по всему Советскому Союзу. Однако в эти же годы те­атр поставил и две финские пьесы: «Куллерво» А. Ки­ви и «Даниель Хорт» Веккселля. В репертуар вошли также несколько пьес, написанных литераторами Совет­ской Карелии, из них наибольшей популярностью поль­зовался, пожалуй, мюзикл «Господин Мел пери идет на войну» (пьесу о событиях 1919 года в Карелии написа­ли Я. Виртанен и Л. Луото, музыку к спектаклю — К. Раутио и Л. Еусинен).

Волна арестов и ссылок 1937 года коснулась и Фин­ского театра. Осенью был арестован Рагнар Нюстрем как один из членов контрреволюционной националисти­ческой организации, руководимой Ровио и Гюллингом, хотя никакой такой организации вообще не существова­ло. Эта «контрреволюционная деятельность», согласно обвинению, выражалась, в частности, в том, что Р. Нюстрем руководил постановкой трех спектаклей по пьесам писателей-эмигрантов Лаури Луото, Аллана Виртанена и Ялмари Виртанена... Честное имя Рагнара Нюстрема было восстановлено в 1956 году.