У Чехова, наоборот, это вино не вызывает никаких мрачных ассоциаций. В его юмористическом рассказе «Женщина с точки зрения пьяницы», о котором мы уже упоминали, шато-д’икем, так же, как и шабли, — девушка от 17 до 20 лет[427]. Гиляровский в книге «Москва и москвичи» по своему обыкновению описывает роскошный магазин Елисеева с восхищением: «А посредине между хрустальными графинами, наполненными винами разных цветов, вкуса и возраста, стояли бутылки всевозможных форм — от простых светлых золотистого шато-икема с выпуклыми стеклянными клеймами до шампанок с бургонским»[428].
Теперь перейдем к менее известным и менее дорогим винодельческим зонам.
Рона
Рона
Самая полноводная и четвертая по длине река Франции — Рона. Ее исток находится в леднике, в Альпах. Она стремит свои воды с севера на юг, к солнечному побережью Средиземного моря. Вдоль берегов Роны раскинулись многочисленные виноградники. На севере, как и положено, рождаются белые вина, а на юге — вина красные. Самым известным вином Роны является, безусловно, «папское» красное сухое вино из Нового замка — Châteauneuf-du-Pape. Этикетку вина украшают ключи апостола Петра, которыми открывается путь смертным в блаженство Рая. Происхождение этого вина связано с именем «французского» папы Климента V, бывшего до этого архиепископом Бордо по имени Бертран де Го. В бытность архиепископом Бордо, он уже создал великое вино Château Pape Clément. А после избрания в 1303 году папой римским он в 1305 году перенес резиденцию Римской курии из Вечного города в город Авиньон, расположенный на юге современной Франции (в то время это была территория графства Прованс, где правила Анжуйская династия).
Климент V сразу приступил к возделыванию виноградников, но смерть помешала ему завершить работу, и ее продолжил преемник, Иоанн XXII. Коллегия кардиналов, которая за два года никак не могла выбрать нового папу римского, избрала в качестве компромиссной фигуры французского кардинала Жака Дюэза папой римским «временно», ибо ему было тогда уже семьдесят два года, однако он дожил до девяноста с лишним лет, скончавшись после восемнадцати лет своего понтификата. Уроженец винодельческой области Каор, Иоанн XXII способствовал развитию виноделия в долине Роны. Он построил замок Châteauneuf (Новый замок) и дал винам из этой области название Vins du Pape (Вина Папы). Это вино — Châteauneuf-du-Pape — Осип Мандельштам увековечил в строках:
Однако есть вино из долины Роны, которое появляется на страницах русской литературы еще раньше, за сто лет до «вина папского замка» Мандельштама. Это белое вино из виноградников верхней Роны — Saint-Péray, о котором писал Александр Пушкин в письме своему брату Льву, что его «гостеприимный погреб
Сен-пере в пушкинскую эпоху пользовалось большой славой, Владимир Филимонов писал в поэме «Обед», что это вино — акме обеда:
Сен-пере имеет древнюю историю, берущую начало на виноградниках бенедиктинского аббатства Сен-Шаффр. Аббатство посвящено святому Теофреду (на окситанском языке — Шаффру). По свидетельству хартулария аббатства, эти виноградники известны уже с 936 года. На протяжении веков сен-пере считалось лучшим из белых вин долины Роны.
Долина Луары
Долина Луары
Долина Луары известна своими белыми винами — как сухими, так и десертными. Также там производят лучшие во Франции (безусловно, после Шампани) игристые вина. Из игристых наиболее известны Crémant de Loire и Saumur Mousseux. Замок Сомюра — один из самых замечательных среди множества замков, украшающих долину Луары. Он был заложен в X веке графом Блуа Тибо I и в дальнейшем неоднократно перестраивался, а нынешний ренессансный вид ему был придан во второй половине XV века, когда замок стал резиденцией герцога Анжуйского, титулярного короля Неаполя и Иерусалима Рене Доброго.
Иван Бунин в приведенном выше эпизоде из «Третьего Толстого» рассказывает, что Алексей Толстой, приглашавший его насладиться буйабесом, также звал попробовать сухое белое вино долины Луары — Pouilly-Fumé: «У нас нынче буйабез от Прюнье и такое пуи (древнее), какого никто и никогда не пивал»[432]. Видимо, Толстой любил Pouilly-Fumé: это вино появляется у него на страницах фантастического романа «Гиперболоид инженера Гарина». Доктор дает категорическую рекомендацию американскому миллионеру и «химическому королю» Роллингу: «Подходя со строгим и вместе с отеческим лицом, он говорил с восхитительной грубоватой лаской: „Ваш темперамент, мосье, сегодня требует рюмки мадеры и очень сухого Пуи. Можете послать меня на гильотину — я не дам ни капли красного“»[433].
Лангедок-Руссильон
Лангедок-Руссильон
Область Лангедок-Руссильон, расположенная на юге Франции, западнее долины Роны, тоже славится игристыми и десертными винами. В поэме «Монго» Михаила Лермонтова вино из этой области, а именно мускат люнель, полюбила молодая танцовщица, которая благодаря своему артистическому таланту выбилась из простого народа, превратившись в «сударыню»:
О мускате Люнель писал и Николай Лесков в рассказе «Детские годы» в эпизоде, в котором он вспоминает о его приеме настоятелем монастыря Диодором: «Здесь нам открылся довольно хорошо сервированный стол, уставленный разными вкусными блюдами, между которыми я обратил особенное внимание на жареную курицу, начиненную густой манной кашей, яйцами и изюмом. Она мне очень понравилась — и я непритворно оказал ей усердную честь, запивая по настоянию хозяина каждый кусок то сладким люнелем, то санторинским»[435].
В постоянно нами цитируемом рассказе Чехова «Женщина с точки зрения пьяницы» мускат люнель ассоциируется со «вдовушкой от 23 до 28 лет»[436]. Мускат люнель — это сладкое натуральное вино.
А игристым вином из Руссильона — Rivesaltes mousseux — увлекался юный Александр Герцен, о чем мы можем прочитать в его книге «Былое и думы»: «Наш неопытный вкус еще далее шампанского не шел и был до того молод, что мы как-то изменили и шампанскому в пользу Rivesaltes mousseux»[437]. Видимо, Герцену и его друзьям нужно было обязательно пить вино «с пузырьками», поэтому они выбрали французское, но более дешевое, белое игристое сладкое вино из Русильона.
Шампанское
Шампанское
Вот мы и подошли не только к триумфу французского вина, но и к его апофеозу! Нет в мире другого вина, которое так поразило бы русских поэтов и писателей: шампанское — это постоянный спутник русских романов, повестей, поэм и стихотворений. И нет возможности, не впадая в жанр статистического справочника, перечислить все упоминания об этом «искрометном» вине. В Главе 2 уже цитировалась фраза Чехова из рассказа «Что чаще всего встречается в романах, повестях и т. п.?», в которой он не без основания утверждает, что это «ананасы, шампанское, трюфели и устрицы», — но отметим, что шампанское встречается гораздо чаще, чем ананасы, трюфели и даже устрицы. В связи с этим стоит обратить внимание на замечательный труд Татьяны Забозлаевой «Шампанское в русской культуре XVIII–XX веков», изданный в 2007 году, в котором подробно прослеживается история шампанских вин в России с момента их появления в XVIII веке[438].
Искрометные «брызги шампанского» появились отнюдь не сразу, и шампанское было вначале спокойным, как и все другие вина. Однако уже в Средние века подмечали необычное свойство шампанского вина: образование пузырьков весной, на следующий год после сбора урожая. Французский средневековый поэт Ватрике де Кувен в 1321 году в поэме «Des trois Dames de Paris» («Три парижские дамы») характеризует вина из Шампани, которые в то время назывались
Шампанское получило свое название от французской исторической провинции Шампань, в которой оно производится. Имя этой провинции дали римляне, назвав ее Кампанией: название происходит от латинского слова «campus», что означает «равнина». «Отец французской истории» Григорий Турский в VI веке, описывая местность в окрестностях Реймса, называл ее «Campania remensis» (Реймсская равнина)[440]. В Меровингскую эпоху Шампань была герцогством, исчезнувшим в хаосе междоусобных войн, а в XI веке образовалось графство Шампань, первым графом которого был Гуго I Шампанский. В 1314 году граф Шампанский Людовик, сын короля Филиппа IV Красивого и графини Шампани Жанны I Наваррской, стал королем Франции Людовиком X, а графство Шампань вошло в состав Французского королевства.
Самое раннее упоминание о виноградниках Шампани содержится в «Житии св. Ремигия», епископа Реймсского[441], крестившего на Рождество предположительно 496 года в Реймсе короля франков Хлодвига I, основателя династии Меровингов — первой французской королевской династии. С тех пор Реймс, столица Шампани, стал городом, в кафедральном соборе которого короновались французские короли.
В 1088 году уроженец шампанского города Шатильон-сюр-Марн Эд, или на латинском — Одон, становится римским папой Урбаном II, провозгласившим в 1095 году Первый Крестовый поход. Однако папа Урбан II много сделал и для прославления вина своей родины. В Римской курии знали о том, что он предпочитает всем другим винам вино из Шампани, поэтому приходившие к нему на аудиенцию старались преподнести ему в подарок именно это вино[442]. В 1261 году еще один уроженец Шампани — Жак Панталеон — стал папой римским, приняв имя в честь своего предшественника-земляка — Урбан IV.