«…я вышла из уст Всевышнего и подобно облаку покрыла землю;

я поставила скинию на высоте, и престол мой — в столпе облачном;

я одна обошла круг небесный и ходила во глубине бездны;

в волнах моря и по всей земле и во всяком народе и племени имела я владение…

Прежде века от начала Он произвел меня, и я не скончаюсь во веки.

Я служила пред Ним во святой скинии и так утвердилась в Сионе.

Он дал мне также покой в возлюбленном городе, и в Иерусалиме — власть моя…

Я возвысилась, как кедр на Ливане и как кипарис на горах Ермонских;

я возвысилась, как пальма в Енгадди и как розовые кусты в Иерихоне;

я, как красивая маслина в долине и как платан, возвысилась.

Как корица и аспалаф, я издала ароматный запах и, как отличная смирна, распространила благоухание…

Я распростерла свои ветви, как теревинф, и ветви мои — ветви славы и благодати.

Я — как виноградная лоза, произращающая благодать, и цветы мои — плод славы и богатства.

Приступите ко мне, желающие меня, и насыщайтесь плодами моими;

ибо воспоминание обо мне слаще меда и обладание мною приятнее медового сота»[691].

611 Стоит более внимательно рассмотреть этот текст. По сути, Мудрость характеризует себя как Логос — Слово Божье. В качестве ruach, Духа Божьего, она парила над начальными водами. Ее трон — в небесах, как у Бога. Будучи космогонической Пневмой, она пронизывает небо, землю и все сотворенное. Логос первой главы Евангелия от Иоанна соответствует ей, так сказать, вплоть до малейших черт. Ниже мы увидим, насколько важно это соотношение и с точки зрения содержания.

612 Это есть женский нумен «метрополиса» как такового, Мать городов — Иерусалим. Она — мать-возлюбленная, подобие Иштар, языческой богини-покровительницы города[692]. Это подтверждается подробными сравнениями Мудрости с деревьями — кедром, пальмой, теревинфом, маслиной, кипарисом и т. д. Все эти деревья с незапамятных времен являлись символами семитской богини-матери и богини любви. Возле ее алтаря на возвышенных местах росло священное дерево. В Ветхом Завете дубы и теревинфы — деревья-оракулы. Бог или ангел представал в деревьях или подле них. Давид обращался за советом к оракулу тутового дерева. Дерево олицетворяет также (вавилонского) Таммуза, сына-возлюбленного, наряду с Осирисом, Адонисом, Аттисом и Дионисом — умирающими в юности богами Передней Азии. Все эти символические атрибуты появляются и в Песни Песней, где они принадлежат обоим — и sponsus, и sponsa (супругу и супруге). Здесь важную роль играют лоза, гроздь и цветы винограда, а также виноградник. Возлюбленный уподобляется яблоневому дереву. Возлюбленная должна спуститься с гор (мест отправления культа богини-матери), обиталищ львов и пантер; ее лоно — «сад с гранатовыми яблоками, с превосходными плодами, киперы с нардами, нард и шафран, аир и корица… мирра и алой с всякими лучшими ароматами». Руки ее сочатся миррой. (Адонис появляется на свет из миррового дерева!) Как и Дух Святой, Мудрость даруется всем избранным; отсюда позднее разовьется представление о Параклете.