Последний пункт звучал голословно, поскольку не был подкреплен ни одним аргументом. В связи с этим оппоненты не преминули подчеркнуть, что Покровский так и не смог объяснить, почему он оставляет в стороне каноны, предоставляющие епископам право избрание епископа (трактовка Покровским правила I Всел. 4 была оспорена на основании толкований Аристина, Зонары и Вальсамона)[1355]. Что касается исторических примеров, относящихся и к периоду ранней Церкви, и к периоду «симфонии», когда народ избирал своего епископа, то епископ Серафим (Александров) прокомментировал их, встав на юридическую точку зрения:

Как надо понимать эти факты? Как право народа выбирать себе епископов, или напротив, как право епископов передоверять свое право народу? О чьих правах в церковных канонах идет речь: о правах народа, или о правах собора епископов? Решительно заявляю, что все церковные каноны, принятые в руководство Церковью <…> говорят про собор епископов, который один только имел и имеет право избрания епископов[1356]. <…>

Если приведенные из истории Церкви примеры и факты избрания епископов понимать и толковать в смысле прав народа, то это противоречить будет смыслу <…> законов церковных. Ясно, что эти правила говорят о правах епископов, а приводимые примеры, о правах епископата доверять избрание и самому народу, если епископат широкое участие народа в избрании епископов найдет целесообразным, полезным[1357].

Покровский, стремясь опровергнуть возражения А. Г. Куляшева, в пылу полемики противопоставил «путь общецерковного избрания и способ административного назначения», признавая при этом каноничность лишь первого пути, а Куляшева причисляя к сторонникам второго[1358]. Против этого возражали архимандрит Вениамин (Федченков) и архиепископ Кирилл (Смирнов). Последний указывал, что «если право избрания епископа епископами стали понимать не как избрание, а как назначение, то это недопустимая подмена терминов»[1359].

Тщетность дискуссий, апеллирующих преимущественно к историческим примерам, подчеркнул И. М. Громогласов:

Я считаю излишним для нас убеждать друг друга теми приемами, какими здесь практиковались. Здесь говорили и доказывали, что епископа избирали епископы; другие наоборот доказывали, что избирали клир и миряне. Можно указать, сверх того, ряд законоположений и фактов (напр. Новеллы Юстиниана, законы Никифора Фоки), когда епископа назначает императорская власть, а епископы его только рукополагают. Все это разнообразие знает церковная жизнь, и все это не было ересью. Нужно спорить не о том, какой порядок единственно допустим, а какой более целесообразен[1360].