Поскольку богослужение является вершиной, «к которой стремится деятельность церкви, а вместе с тем и источник, из которого исходит вся ее сила» (SC. 10. С. 19), собор уже в первом документе, посвященном богослужению, потребовал обновления, «особенно в совершении таинств и сакраменталий, в процессиях, богослужебном языке, церковной музыке и искусстве» (SC. 39. С. 27). Ибо – как сформулировал это Эммингхауз – «спасительная деятельность церкви во имя Христа, познаваемая в выраженных на символическом языке знаках и в возвещаемом и актуализируемом для реальной современности слове, направлена на человека: человек по своей вере должен быть наделен способностью находить свое собственное проявление в литургических действиях и познавать богослужение как свое собственное дело. Знак и его толкование, таинство и вера должны быть оживлены новым богослужением»[1158].
А. Реформирование евхаристических молитв
А. Реформирование евхаристических молитв
Эммингхауз писал: «Уже через несколько месяцев после издания Конституции о священной литургии, принятой II Ватиканским собором, в апреле 1964 г. в Риме был учрежден Литургический совет для исполнения соборных постановлений, который, в свою очередь, учредил специальную комиссию для изучения вопроса о евхаристической молитве. Эта задача была одной из самых щепетильных в литургической реформе: многие епископы и литургисты придерживались точки зрения, что столь значимый литургический памятник, как евхаристический канон, следует рассматривать окончательно сложившимся в ходе долгого развития, и потому, за исключением мелких исправлений, он не должен быть затронут реформой . Но все-таки среди епископов образовалось большинство, выступавшее за новые евхаристические молитвы, которые должны были получить равные права с римским каноном»[1159].
Членам комиссии было, помимо прочего, вменено в обязанность выделить и подчеркнуть эпиклетический момент, который, конечно, не вполне вписывается в древний римский канон. Мы не ошибемся, если скажем, что такое поручение могло быть дано только с оглядкой на восточные традиции.
На Вознесение 1968 г. после острых разногласий был наконец опубликован переработанный древний римский канон с тремя новыми анафорами. Пятая евхаристическая молитва, за основу которой был взят текст Литургии св. Василия Великого, не была утверждена[1160].
Невозможно отрицать, что вследствие решений II Ватиканского собора в двух из трех новосоставленных официальных евхаристических молитв были использованы существенные элементы из восточной традиции, а именно в евхаристической молитве II, в основу которой лег текст анафоры так называемого «Апостольского предания» Ипполита Римского, и в молитве IV, образцом для которой послужили антиохийские «Апостольские постановления».