— Это мы сейчас выясним.

Она связалась по рации с медиками, ведущими документацию.

— Да, девушка, без температуры и других признаков продромы отправлена в седьмой сектор. Карина Сабитова.

— Где это? — уточнил Пичугин.

— Вон там. — Наталья показала на палатки за пустырем. — Я должна разобраться, какой олух отправил пассажирку из четвертого вагона не в ангар вместе с остальными?

— Ну, тогда я пойду, закончу с формальной частью, затем к Карине, а потом уже возьму проводницу за жабры. Так будет продуктивнее всего.

— Хорошо.

— И будь осторожна. Если Стежнев в лагере, тебе может грозить опасность.

— Не смеши! Все, давай, пойду я работать.

Глава 18

Глава 18

В которой врачи из самых лучших побуждений устраивают большую беду, а Стежнев впервые в жизни распечатывает презерватив

Кроме дежурного медика, в каждой зоне работали по два солдата в ОЗК, которые забирали принесенные из чистой зоны воду, вещи, перекидывали мусорные мешки в огромные контейнеры. Поутру грузовики должны отвезти скопившийся мусор к заранее отрытой яме в степи, вывалить, после чего все планировалось залить бензином и сжечь. А пока оранжевые корыта ждали, чтобы их наполнили. Установить более серьезные границы не было ни времени, ни возможности. Колючая проволока огораживала только основной периметр, и вышки с пулеметами и собаки — все это было на границе огромной территории. Внутри же все разделения на чистую и карантинную зоны были весьма условны.

Люди не могли усидеть в палатках. Мешала духота, которую не разгонял даже крепчающий ветер, и отсутствие развлечений. Из громкоговорителей, закрепленных на ангарах, доносились исключительно инструкции по поведению в карантине и призывы сохранять спокойствие. Это многих нервировало. Людям хотелось общения, и они выходили из палаток, не обращая внимания на уговоры медиков, обсуждали положение, в котором оказались.

Стежнев, оказавшись на новом месте, в большой армейской палатке, внутри которой были расставлены низкие койки, быстро понял, что у него тут могут образоваться помощники, которые сами знать не будут о своей роли. Дело в том, что гендерный состав пациентов тут был смешанным. Спальные зоны на мужскую и женскую разделяла брезентовая ширма, но больше половины пространства палатки было превращено в общую зону, где стоял стол для совместного приема пищи. Больные все были легкие: аллергики, истеричные барышни, парочка мужчин с переломами. Причем женщин тут было большинство, и почти все они попали сюда, судя по осунувшимся лицам и синякам под глазами, именно из-за нервного срыва.