По пути он нашел пятилитровую бутылку с водой и долго и тщательно умывался, мыл руки и оттирал перепачканную и пропитанную одержу от своей рвоты. Оказалось, что рвота залила его лицо и шею, она была везде и это было гадко, но после долгих и тщательных процедур, ему удалось соскрести ее почти всю, оставив после себя на полу большую вонючую лужу. Не хватало хорошего душа, да и элементарного мыла, однако он справился как смог. Холодная вода и трение головы немного взбодрили Соломонова, в мозгах стало немного проясняться.

Вот на стене висит фанерная доска, на доске приклеенные кусочки различных видов пленки и названия к ним: «ВШ», «НПП», «ВГ», «ДББ» и так далее. Соломонов не напрягая память с лету назвал все аббревиатуры и воскресил в памяти их рисунок и цвет. Это не трудно. Он зашагал дальше. Вот какой-то человек лежит на полу. Толстый и женский. Женский человек? Соломонов исправился и дал лежащему другое название – женщина. Константин Олегович остановился над ней. Лицо обезображено сильным ударов по лбу, но в целом узнаваемо. Это была работница сборочного участка, она долго работала на «Дверях Люксэлит», Соломонов ее хорошо знал – Сферина Зинаида. Всмотревшись в пробитый лоб, раскуроченное лицо и забрызганную кровью одежду, начальник производства сразу определил, что она была жестока убита. «Странная находка», – подумалось Соломонову, но так как в эту минуту он не был склонен к аналитическому мышлению, он только пожал плечами и пометил у себя в голове, что надо будет сказать кадровичке, что бы та вычеркнула Сферину из списка работников цеха.

Поморгав, Соломонов пошел дальше и вышел к четырехстороннему фрезеровочному станку. Долго смотрел и изучал вызванные электроразрядом повреждения и опалины, и как мало что понимающий в электричестве, пожал плечами и зашагал дальше. Что-то тут было не так… Какая-то тут хрень… Но какая?

Соломонов поморщился и потер глаза. «Давай, мужик! – приказывал он самому себе, – Соображай! Включай мозги, мать твою! Какого хрена я здесь делаю?» Он прошел еще мимо нескольких станков, мысленно обсудил сам с собой процесс шлифовки МДФ и легкий перекос шлифовальных валов, от чего на деталях зачастую бывает непрошлифовка и натолкнулся на лежащего лысого мужчину в синем полукомбинезоне. Тут Соломонов уже не мог пройти просто так, второе тело под ногами вызвало у него чувство сюрреализма. Он точно в своем цеху, а не на поле боя? У мужчины была прострелена голова. Рядом сидел кот. Как Константин Олегович не пытался напрячь зависшие мозги, но так и не вспомнил этого работника, зато его синий полукомбинезон вызвал в нем глубинное чувство беспокойства. Возникшая тревога заставила его отпрянуть от трупа.