– Вы счастливец, Ричард.

– Знаю, сэр. Знаю.

Лейтенант Прайс, оставшись с красным перцем в руках, швырнул его через комнату и громогласно спросил:

– Куда идем?

– В Бадахос!

И грянул оглушительный хохот.

Часть вторая Февраль-март 1812 г.

Часть вторая

Февраль-март 1812 г.

Глава 8

Глава 8

– Стой! – (Грохот башмаков о мостовую.) – Стой смирно, сволочи! Смирно! – Сержант гоготнул, скрипнул немногими оставшимися зубами. – Кому сказано, смирно! Если у тебя чешется задница, Гаттеридж, так я тебе почешу штыком!.. Смирно! – Он повернулся к молоденькому офицеру, образцово козырнул. – Сэр!

Прапорщик, заметно робеющий перед высоким сержантом, вернул приветствие.

– Благодарю вас, сержант.

– Не благодарите, сэр. Это моя работа.

Сержант издал свой обычный смешок – отвратительный звук, от которого сразу делалось не по себе, – и зыркнул сперва направо, потом налево. Глаза у сержанта голубые, почти как у младенца, решил прапорщик, а вот все остальное желтое, даже желтушное, – волосы, зубы, кожа.

Младенчески голубые глаза остановились на прапорщике.

– Вы ведь идете искать капитана, сэр, верно? Чтобы доложить о нашем прибытии, сэр?

– Да, конечно.

– Передайте ему мои приветствия, сэр. Самые горячие. – Смешок перешел в надсадный кашель, голова затряслась на длинной, тощей шее, поперек которой шел чудовищный шрам.